— А помолвка останется, — буркнула эльфийка и взялась за расческу.
На эти слова Иржин ничего не ответила. Помолвку можно разорвать. Если Вик захочет, то ей не составит труда убедить Родерика пойти ей навстречу.
Сев на свою постель, Ирж вернулась к так увлекшей ее менталистике. Она решила выписать в тетрадь самые интересные и полезные упражнения.
«Позже, на основе этого, сделаю эссе для магистра Эриера», решила леди дер Томна и вытащила свое артефактное перо.
— Знаешь, не хотела этого касаться, — произнесла вдруг Алиана, и отложила расческу в сторону.
— Чего именно? — уточнила Ирж, отвлекаясь от надиктовки.
— У Лессы нет никого кроме тебя, — эльфийка принялась заплетать косу, пряча нервные пальцы в серебряных прядках. — Ты ее единственный друг. Мы с Вик для нее просто соседки по комнате, приятельницы. Пойми, для нее твоя жизнь и здоровье очень ценны, ведь семьи и других значимых людей у Тродваг нет. У меня и мать, и отец, младший брат, подруги, оставшиеся дома. У Вик большая семья, с которой она не ладит, но тем не менее.
А у Лессы никого. Прости ей ее опеку. У тебя ведь есть семья и друзья…
— Все мои друзья здесь, — тихо сказала Ирж. — Я поняла. Спасибо, что не промолчала.
— Я бы не смогла промолчать, — улыбнулась Алиана.
Негромко хлопнула дверь. Вернувшаяся Лесса молча прошла к своей постели и, вытащив теорию боевой магии, улеглась поверх покрывала. Тродваг не была настроена на диалог, и Ирж не стала ей мешать. Просто собрала умывальные принадлежности и выскользнула из комнаты.
Глава 3
Иржин проснулась за полчаса до рассвета. Она как будто упала с огромной высоты, перепугалась, зажмурила глаза и, открыв их, увидела привычную комнату. Тихое дыхание спящих подруг успокаивало, и она, постепенно выравнивая дыхание, улеглась обратно на подушку. Проведя рукой по лицу, Ирж с недоумением посмотрела на мокрые пальцы.
«Слезы?», поразилась она. «И во рту привкус крови, ох, не к добру»
До будильника леди дер Томна спала вполглаза. Она пыталась вспомнить, что же так сильно напугало ее во сне, но нет.
Подсознание надежно хранило свои тайны. От кошмара остались только искусанные губы и соль от высохших слез. И смутное ощущение неотвратимой беды.
— Ты чего так рано подскочила? — хрипло спросила Тродваг, когда Иржин, не выдержав, начала одеваться.
— Плохой сон. Спи.
Выскользнув наружу, Ирж устремилась к тому же подоконнику, на котором ее когда-то поймал ректор.
Прислонившись лбом к прохладному стеклу, она закрыла глаза.
