Ощущала и сопротивлялась. Леди дер Томна не жалела себя. Если она сдастся, то это и будет означать смерть. Окончательную и бесповоротную.
«Я потеряла Арнарда», с отчаянием подумала Ирж, «Я не могу потерять еще и себя».
— Я ведь говорил, что надо выпоить ей зелье, — раздраженно бросил дер Льтерис.
Ремни на правой руке поддались. Мучители Иржин стояли за креслом, а потому она была куда свободней в своих действиях. Замерев, чтобы не выдать себя, она осторожно распутывала узлы, пытаясь освободить левую руку.
— Просто возведи воздействие на последнюю ступень, — отрывисто приказал Тирваль.
— Что там?
— Не знаю, я не могу отвлечься, — сквозь зубы процедил дер Льтерис.
Гул усилился, превратившись в полноценный рокот. Фиолетовое сияние стало черным, затем в центре кристаллов появились слепяще-белые искры. И через мгновение камни полыхнули ярким светом и осыпались вниз быстро остывающими искрами.
Виски Иржин обожгло раскалившимся, но быстро остывшим обручем.
«Что произошло? Неужели они сломали свой артефакт?», Иржин боялась поверить в такую удачу.
Она не верила, что смогла бы устоять против воздействия и сейчас, застыв, чутко ловила отзвуки происходящего.
Короткий возглас, свист рассекающего воздух клинка и тяжелый стук упавшего тела.
— Кто здесь? — отрывисто бросила Иржин. — Кто здесь?
Зажмурившись, она до крови прикусила и без того истерзанную губу. За ней пришли. Ее нашли. Сейчас ей придется открыть глаза и узнать… Абсолютно точно и беспощадно узнать, что Арнард…
""Я не могу сидеть с закрытыми глазами вечность"", отстраненно подумала леди дер Томна, ощущая, как кто-то осторожно распутывает удерживающие ее ремни.
Чьи-то заботливые руки сняли с нее тяжелый обруч, расстегнули ошейник. Чьи-то пальцы коснулись ее закушенной губы и бесконечно родной голос произнес:
— Испугалась? Все будет хорошо. Если они успели спутать твое сознание — мы спасем тебя. Это легко обернуть назад, особенно если…
Распахнув глаза, Иржин неверяще уставилась на Арнарда. Его белоснежные волосы приобрели серый оттенок — пыль и грязь, на виске алела крупная ссадина, а под глазами пролегли черные тени.
Но это был он. Уставший, злой и смертельно за нее перепуганный.
— Арнард, — шепнула Иржин. — Арнард.
Некрасиво скривившись, она разрыдалась. Подавшись вперед, она вцепилась в дрогнувшего мужчину и, нисколько не смущаясь и не стесняясь, дала волю слезам. Соленые капли текли и текли, как будто где-то внутри Иржин было целое озеро. Озеро, которые необходимо осушить, опустошить.
