Обычная история

— Примчитесь меня спасать?

Не спеша с ответом, подкуриваю. Дым попадает в глаза. Рефлекторно сощуриваюсь. И так, сквозь прищур, наблюдаю за тем, как Катя, смутившись, устремляется вниз по ступенькам.

Откидываюсь спиной на стену. Два часа в зале. А стоит ее увидеть — стояк такой, что кожа даже на затылке натягивается. Задумчиво растираю пальцами переносицу. Курю. Нет-нет, это не надо. Ни ей, ни мне. Катя молоденькая совсем. Ей еще жизнь устраивать. А я никогда не разведусь. Семья для меня всегда будет на первом месте.

С другой стороны, пока Катя вряд ли сама готова к серьезным отношениям. Для нее сейчас любой мужик — скорее лекарство, чем повод задуматься о совместном будущем с ним. Так, может… Нет. Не надо оно мне, даже в мыслях не надо. Выбросить из головы. Домой мотнусь, трахну Ляську нормально, и все пройдет. Непременно пройдет. Всегда проходило. Только животные не могут контролировать своих порывов. А я человек, у которого и без этого забот полон рот.

Тушу сигарету в пепельнице, на такой случай стоящей здесь на подоконнике, когда с улицы слышу шорох, тихие голоса и звук домофона, доносящийся едва слышно уже из моей квартиры.

Спускаюсь, ведь так будет быстрее, толкаю дверь в подъезд…

— Ляся? — замираю с открытым ртом. Интуиция у нее, конечно, на зависть. Как чувствует, что меня заносит. Может, ее куда на работу пристроить? Такие кадры, блин, пропадают.

— Привет, Таир Усманович, — улыбается.

— Да вот. Соскучилась по мужу. Давно мы вдвоем не были, — воркует.

Перевожу взгляд жене за спину.

Туда, где в окружении двух маленьких чемоданчиков, на скамейке, заткнув наушники в уши, сидит наша младшая.

— И потому притащила Ками с собой? Чтобы вдвоем побыть? — даже не пытаюсь скрыть иронию в голосе. В ответ на мое замечание Ляська меняется в лице.

— А разве это возможно?! Ты же будешь на своей работе дни и ночи торчать, а мы с малой хоть в город съездим. Может, гардероб обновим. Ей в универе учиться, если ты помнишь. Нужно соответствовать.

Все ясно с ними.

Надо денег дать. А я-то думал… что и правда соскучилась? Да нет. В это я уже не верю, наверное. И сам, положа руку на сердце, с каждым разом скучаю по дому все меньше. Так что Ляську я ни в чем не виню. А то, что хреново, так это скорее от злости на себя самого. Думал же, сбережем все. Гордился тем, что у нас все по-другому.

— Я помню. Но ты проходи. Не будем же мы так стоять? Ками! — окликаю дочь.

— Привет, па, — бурчит недовольно, проходя мимо.