Онлайн-библиотека книг
Максим, собиравшийся устроить выволочку человеку, не понимающему, какие опасности подстерегают гостей в ином мире, ограничился кратким:
– Ты, часом, не рехнулся, ботаник? Я где велел всем прятаться?
– Понимаешь, – не смутился Костя, – у них иной филлотаксис. Земные листья распределяются по веткам иначе. Некоторые располагаются по спирали с большим или меньшим шагом, другие – перпендикулярно веткам, чтобы улавливать солнечный свет равномерно в любое время светового дня. А эти листья все до единого имеют вертикально ориентированный алгоритм.
Костя закатил глаза, втягивая ноздрями воздух.
– Понюхай. Это же почти наш ландыш!
Максим посмотрел на Веронику.
Девушка улыбнулась, разведя руками. Жест говорил: его не исправишь.
Максим думал иначе и ещё раз попытался образумить ботаника:
– Ты понимаешь, что, если бы тебя заметили боевики из лагеря, которые наверняка рыскают по лесу в поисках нас, ты бы уже был мёртв либо сдавал бы наш схрон?
Костя отмахнулся.
"– Ничего бы они не заметили. Я видел грибы, там, сзади, по краю болота с порослью, похожей на наши берёзки и дубы. Вообще очень интересный вывод напрашивается: каждая такая низина поросла разными видами деревьев, будто лес весь состоит из семей-ареалов. Но ещё надо будет набрать статистику.
– Почему здесь так много болот? – заинтересовалась Вероника.
– Возможны два варианта. – Костя приобрёл вид профессора, читающего лекцию студентам.
– Как – бомбили?! – округлила глаза девушка.
– Была война, тысячи или миллионы лет назад, этот заповедник – её след. Цивилизация умерла, остался только лес. Может, и деревья такие большие из-за радиации. В Сибири тоже обнаружены тысячи мелких круглых озёр и болот, оставленных бомбардировкой во время древних войн.
– Махабхарата – литературный миф, – сказал Максим.
– Кто доказал? – окрысился Костя. – Тогда и монголо-татарское иго – миф, и Куликовская битва, и пришельцы, научившие индейцев майя всяким технологическим приёмам, и многое другое.
– Куликовская битва была, только не на Куликовом поле.
