Они вместе сходили в кино, потом побродили по вечерним улочкам, сделали несколько фотографий в традиционных для осенней темы желто-красных листьях, попили глинтвейна в парке и посмеялись.
— Скучаешь по нему? Так позвони. — Улыбнулась Лилька. Протянула румяной продавщице купюры за вторую партию согревающего напитка, взяла стаканчики и отдала один Ольге. — Скажи, что уже разделась и ждешь только его. И пригрози, что, если не придет, то позовешь кого-нибудь другого.
Глинтвейн, разогревший кровь Алексеевой, был с Зуфаровой абсолютно согласен.
Девушке так и хотелось достать телефон и написать прямо сейчас профессору.
— Нет. Не хочу. — Сделав глоток, мотнула головой Ольга. — Вдруг он подумает, что я без него на стенку лезу?
— А это не так?
— Так…
— Эх! И вроде два взрослых человека, а так всё усложняете! — Лилька пнула ногой охапку сухих желтых листьев. — Смотрите друг на друга, как я на шоколадный торт в самый голодный год, а всё туда же: у нас только трах! Но если это так, то набери его прямо сейчас и потребуй свою порцию этого самого траха!
— Лиля!
— Не, ну, а чо? — Зуфарова шумно отхлебнула глинтвейна и даже не поморщилась.
— Звони Роботу и говори, что хочешь его. Спорим, он тут же примчится?
— Не знаю…
Они сели на скамейку.
— Зато я знаю. Твой развратник только и ждет, что ты ему позвонишь! Сразу бросит все свои научные труды и прискачет со шпагой наголо! И скажет: «Защищайся!»
Оля поперхнулась от смеха и закашлялась.
— Похлопай.
— Попросила она подругу.
Лилька поставила свой стаканчик на скамейку и принялась хлопать в ладоши. От этого стало только смешнее, и у Алексеевой из глаз брызнули слезы.
— Вы уж там определитесь. — Улыбнулась Зуфарова, все-таки пару раз несильно пройдясь ладонью по спине Ольги. — Похотливые вы кролики, или у вас крышу рвет друг от друга.
— Всё сложно, Лиль. Он столько пережил… — Оля выпрямилась и стерла слезы смеха с уголков глаз. — Быть с кем-то снова это значит снова бояться потерять кого-то.
На месте Матвея я бы тоже сторонилась близких отношений.
— Ну, ладно. — Лилька подняла стаканчик в воздух. — Тебе же с ним хорошо? Вот и трахайтесь тогда на здоровье. Зачем вам все эти отношеньки? Цветы, подарки, кольцо на пальце, общая постель — фу, гадость какая! Если я когда-нибудь стану мечтать об этой мерзкой фигне, то дай мне по башке!
Они чокнулись и рассмеялись.
33
Все выходные Озеров провел, тренируя выдержку.
