А кто ее фотографировал? Кто-то же должен был.
#Осеннее #прогулка #глинтвейн #романтика — гласили теги к картинке.
— Поставим лайк! — Провозгласила Вера и ткнула на злосчастное сердечко.
— Подожди! Что ты делаешь? Убери!
— Знаешь, кто забирает лайки, папа? — Засмеялась Вера, закрывая руками ноутбук. — Только жадины и трусы! Ты же не трус?
Озеров опустил руки. Он не знал, как объяснить дочери, что кроме Ольги этот чертов лайк могла увидеть половина университета. Всего лишь маленькое сердечко, но оно могло бы вызвать кучу подозрений.
— Где твой телефон? Давай тоже что-нибудь сфотографируем и выложим! — Быстро переключилась дочка. — Или на мой. Где мой телефон?
Матвей Павлович облегченно вздохнул. Взял ноутбук из ее рук и захлопнул крышку. Лайк под фото Ольги он решил оставить. Хоть ему и было не по себе, что Ольга увидит его. Пусть лучше так, чем вообще никак. И теперь мужчина все больше думал о том, что нужно скорее увидеться с ней, удовлетворить нарастающее желание, и тогда непременно отпустит. И перестанет везде мерещиться ее силуэт, запах ее мягких волос и ее ровное дыхание рядом с ним на постели.
Видимо, он в чем-то провинился, потому что на следующее утро вселенная решила выплеснуть на него весь свой неукротимый гнев. Сначала Озеров проспал. Пусть на полчаса, но этого было достаточно, чтобы все пошло кувырком. Мужчине пришлось завтракать на бегу, в спешке выбирать одежду и гладить себе рубашку, поторапливая дочь, чтобы собиралась быстрее.
Затем они попали в пробку, потом у него разрядился телефон, а возле школы Озеров наступил своей идеально начищенной туфлей в мерзкую грязную лужу.
Когда его оштрафовали за превышение, Матвей даже не удивился. В университет он прибыл злым и взъерошенным. Чуть не сбил с ног второкурсницу Ежову, которая ни черта не видела из-за своих толстенных очков, и бросилась ему наперерез в коридоре.
— Твою м… — Едва не выругался профессор.
— Ой, простите… — выпучила глазищи ботаничка.
— Ничего. — Он вытянул руки. — Это вы меня простите. Спешил, не видел.
— Ага. — Кивнула та, пятясь назад.
И мужчина, ругая себя, на чем свет стоит, размашисто зашагал дальше.
Но вселенная продолжала издеваться — ключ от аудитории странным образом исчез. Пока его искали на вахте, Озеров изучал расписание Ольги. Эти мысли о ней… Они его отвлекали. Из-за них у него всё и валилось из рук. Девушка была нужна ему. И это всё труднее было игнорировать.
34
Первая пара пролетела, как в тумане. На второй в его груди засвербело еще сильнее.
