Особенно о том, что меня не касается. У кого там с кем любовь, мне вообще до фонаря! — Она прикрыла рот рукой. — Ой, пардон. Вечно несу что попало…
— Привет. — Улыбнулась Ольга, показавшись из распахнувшейся настежь двери.
— В общем, отличного вечера. — Брякнула Зуфарова, развернулась и пошлепала вниз по лестнице. — До свидания…
Озеров заметил неловкость в лице Алексеевой.
— Входи. — Произнесла она, отступая назад и краснея.
— Это тебе. — Мужчина протянул букет.
— Очень красивые… — Оля нырнула носом в нежные бутоны и закрыла глаза, втягивая их аромат.
«Не такие красивые, как ты», — подумал Матвей. Но вслух не сказал, потому что сердился, что девушка ни разу не упомянула о том, что у нее под боком живет тот, кто может стать (и стал) невольным свидетелем их встреч.
— Спасибо. — Улыбнулась Алексеева.
На ней была узкая черная юбка, красный топик, красиво облегающий грудь, и смешные пушистые тапочки на ногах. Такое забавное сочетание, весьма далекое от понятия сексуальности, а у профессора в брюках будто самый точный в мире радар сработал: раз, и всё поднялось по стойке смирно.
— И вот еще это. — Он скинул туфли и отнес пакеты на кухню. Поставил на стол. — Там… много всего. Вдруг пригодится.
— Ты из-за Лили так напрягся? — Девушка неожиданно появилась за его спиной, заставив едва не вздрогнуть.
Озеров обернулся.
— Ты не говорила мне, что Зуфарова живет с тобой на одной площадке.
Оля виновато сжала губы.
— Ты не переживай насчет нее. — Она налила воды в вазу и поставила цветы на край стола.
— Лиля помогла мне найти квартиру и, вообще, очень поддержала, когда мне было плохо. Она была в курсе всех моих последних приключений, поэтому и о тебе тоже знала.
— Ты же понимаешь, какие последствия это может иметь? — Не выдержал Матвей.
Он воинственно сложил руки на груди.
— Мне некому больше доверять, кроме нее. — Ольга подошла ближе и провела ладонью по его плечу вниз до локтя. — Артур, мой бывший парень… ну, тот, который Юшков…
— Я понял, о ком ты.
— Мы с ним целый год встречались, а он все это время, оказывается, спал с другой.
С моей подругой. С Мануш. — Ресницы девушки задрожали, грудь приподнялась на глубоком вдохе. — А я ведь против матери пошла, ушла из-за него из дома. Мне было так плохо. И некуда было идти. Если бы не Лиля…
Руки Озерова бережно легли на ее предплечья. Ему было жаль, что Ольге пришлось пережить такое, но не жалость, а мягкая женская ласка и кротость сейчас растопили его лёд и заставили расслабиться.
