Сердце заколотилось быстро-быстро, по спине поползли мурашки, а ноги онемели.
В этот момент Ольга подняла взгляд. Заметив мужчину, она даже притормозила немного, удивленно скользнула печальными глазами по его лицу, а затем… равнодушно отвернулась и пошла дальше.
И тогда Озеров не выдержал:
— Алексеева!
Он видел, как в ее щеки бросился жар. Она остановилась.
— Алексеева, подойдите, будьте добры. — Его голос ему больше не подчинялся.
Другие студенты могли это заметить, но профессору было плевать. Он и так уже подозвал Ольгу при всех.
Девушка подошла.
— Слушаю вас, Матвей Павлович. — Ее пальцы лихорадочно вцепились в ремень сумки.
— У меня к вам вопрос, Алексеева. — Сказал он и деловито прочистил горло. — Давайте отойдем.
— И какой? — Ее плечи задрожали.
Мужчина дождался, когда одногруппники девушки отдалятся на безопасное расстояние, затем облегченно сбросил с лица маску суровости:
— Оль, прости меня, пожалуйста.
— Хорошо. — Ответила она холодно и немного отстраненно. — Я вас прощаю.
Ольга ему даже в глаза не посмотрела, уставилась куда-то на подбородок.
— Прости, что был с тобой резок. Мне, правда, стыдно. Давай сегодня вечером встретимся и поговорим?
— О чем? — Ее грудь под тонким свитером судорожно поднялась и опустилась. — Об отношениях, у которых нет будущего?
— Оль, я ведь тогда просто не так выразился… Ты мне очень дорога. Клянусь. Просто я не сразу понял это. Давай… встретимся и всё обсудим?
— Вы знаете… Я, пожалуй, откажусь. — Голос девушки прозвучал надтреснуто. — Вы ведь тогда все правильно сказали.
Не по пути нам. — Она убрала дрожащей рукой прядь волос от лица. — Мне пора идти, профессор.
Ольга стала разворачиваться, и Озеров понял, что не может дать ей уйти. В их ситуации не было правых и виноватых, всё было очень сложно и вряд ли решаемо, но он не мог расстаться с ней вот так. Мужчина схватил ее за руку:
— Оля…
— Матвей! — Вдруг позвал кто-то.
Озеров повернулся. В десяти метрах от них у лестничного пролета стояла Татьяна Михайловна.
Ольга тут же резко выдернула из его захвата свою руку — лихорадочно, как от ожога, и испуганно прижала к животу.
Но преподавательница уже застыла в немом удивлении, невольно застав разыгравшуюся между ними сцену.
— Извините… — пробормотала Алексеева и, опустив взгляд, помчалась вслед за одногруппниками.
Озеров тряхнул головой и медленно сжал пальцы в кулаки.
— Матвей, — проводив заинтересованным взглядом девушку, повторила Татьяна Михайловна. Стуча каблучками, она подошла к нему ближе.
