— Там тебя все ищут, найти не могут.
— Что-то случилось? — Он не ощущал неловкости, только злость и досаду.
— Тебя… — женщина настороженно оглядела его с ног до головы, — ректор к себе вызывает.
— Спасибо. — Кивнул профессор, сжал челюсти и двинулся по коридору."
"— Чего напряженный такой? Какие-то проблемы? — Спустя пять минут допытывался ректор Александр Михайлович.
— Нет, всё хорошо. — Скрестив руки на груди, отвечал Озеров.
— Князев заболел, нужно заменить его на форуме в Новосибирске, представить наш вуз.
Сможешь?
— Надолго? — Равнодушно поинтересовался Матвей.
— Через двое суток дома будешь. Вылет завтра утром.
— Придется выступать?
— Короткая речь. — Отмахнулся ректор. — Князев перешлет тебе файлы.
— Что, больше некому поехать?
— Из толковых, кто уже с опытом, только ты, Матвей Павлович. Или тебе дочь не с кем оставить?
— Нет, все в порядке. Я договорюсь.
— Вот и замечательно. Значит, решено.
47
— Сама не знаю, что на меня нашло! — Вздыхала Ольга, когда они с Лилей собрались домой.
— Захотелось, чтобы он не думал, будто поманит меня пальчиком, и я такая расслабилась, всё простила и побежала за ним, как собачонка.
— Поступила как взрослый человек, — ухмыльнулась Зуфарова.
Они получили в гардеробе верхнюю одежду, оделись и вышли на улицу.
— Как увидела его, так забыла, что мы у всех на виду. — Сокрушалась Алексеева.
— Думала, уговаривать тебя начнет?
— А он и уговаривал! А я в позу встала…
— А я давно говорю, что влюбленным надо прописывать стимулирующее для мозга.
— Развела руками Лиля.
— Считаешь, всё? Профукала я свой шанс? — Расстроилась Оля.
— Я думаю, что если Палыч твоя судьба, то никуда он от тебя не денется. Все равно притащится и заставит с собой помириться. Представляю, как его плющило, раз он к тебе при всех подошел!
Оля остановилась:
— Ой, Лиль, я что-то запереживала… А если эта Татьяна Михайловна все поняла? — Она округлила глаза. — Как вспомню ее взгляд, так мурашки по коже бегут!
— Тут ты права. Это нехорошо. — Кивнула Зуфарова.
— Мы, конечно, не в девятнадцатом веке живем, но с преподавателями крутить у нас не принято. Если накапает Татьяна на Озерова, то он на кафедре долго не задержится.
— Хоть бы все обошлось… — сложила ладони вместе Ольга.
Всю ночь девушка изводила себе переживаниями. Зачем повела себя так глупо? Зачем не согласилась поговорить? И откуда только взялась эта глупая гордость, которая заставила ее так холодно отвечать Матвею? Права была Лилька — молодая она.
