Мне абсолютно все равно, что происходит в мире.
Я даже не представляла, что секс может быть таким.
Никакого сравнения с «вжик-вжиком».
Я не реагирую, когда Градов, поцеловав меня в лопатку, медленно выходит, хотя даже это движение вызывает у меня запоздалые спазмы.
Он убирает влажные пряди, облепившие мое лицо.
— Посмотри на меня.
Не могу. Пусть делает, что хочет, у меня нет энергии даже открыть глаза.
— Сытый котенок, — хмыкает Андрей.
Откуда у него силы разговаривать? Страшный человек.
Я чувствую, как подо мной пружинит матрас.
Это Градов встает и куда-то уходит. Слышу недалеко шум воды. Мне бы тоже в душ или хотя бы умыться. Не представляю, во что превратилось мое праздничное платье. Про макияж и думать нечего.
Зато в киску так напихали, что я о сексе еще долго думать не смогу.
Но я ни о чем не жалею.
Но, разумеется, буду отрицать.
Соблазнил. Совратил. Надругался.
Да.
На релаксе я не сразу замечаю возвращение Андрея, а этот бесчувственный тип, погладив беззащитно выставленную попку, мягко перекатывает меня на спину и берет на руки.
— Куда… — еле ворочая языком хриплю я.
— Надо тебя оживить и таки развернуть мой подарок.
Я вяло дергаюсь. Какой развернуть? Зачем? Это что? Опять?
Все-таки открываю глаза, чтобы с укоризной посмотреть на Градова. Разве можно вот так ездить на работнике? Никакого сочувствия на лице Андрея я не обнаруживаю.
Самое главное, я сейчас даже сбежать не могу.
— Давай адрес своих подружек. Горошек им доставим.
Какой, к черту, горошек?
Ах да.
Меня же убивать будут. Совершенно точно. Надо хотя бы отзвониться, девки меня, наверное, потеряли. Понятия не имею, как я буду искупать свою вину.
Ой да пусть убивают, если я сегодня выживу.
Слишком хорошо — тоже плохо.
В столовой меня определяют на кресло, где я и окукливаюсь, даже не пытаясь поправить одежду. Оглядываю обстановку. Ничего особенно не говорит о том, что сегодня канун нового года. Незажженные свечи в подсвечниках были тут и вчера. Разве что горлышко бутылки торчит из ведерка с растаявшим льдом.
— Сама виновата, что не успела на холодное, — ворчит Градов, заметив мой взгляд. — Нечего было меня провоцировать в машине.
То есть это для меня?
Хм. Вазочка с клубникой, похоже, тоже.
Рядом еще какая-то коробочка, но меня от ее разглядывания отвлекает Андрей, ставящий передо мной блюда с нарезками и мини-бутербродики.
Мой желудок, место в котором я берегла под оливье весь день, радостно голосует урчанием.
