Одержимость Грешника

То есть она пришла потому, что не захотела спать С НИМ? Она не хотела меня, но ещё больше не хотела ЕГО, и на его фоне я тупо выиграл по шкале меньшей противности ей?

Замечательно. Вдохновляет...

Но она пришла… Факт остаётся фактом. В чём-то он, конечно, прав… Но всё равно удод!

— Ладно, пошёл вон отсюда,  — раскрыл я двери перед ним.

Он обернулся на Дамира, который всё это время со скучающим видом наблюдал за нами.

— До свидания, Дамир Ильясович, — сказал он ему весьма трепетно.

— До свидания, — отозвался тот.

— Да-да, конечно, — закивал он как китайский болванчик на бардачке его дешевого корыта.

Фу.

Пресмыкающееся.

Прогиб засчитан.

— А ещё я очень жду ваш рапорт об увольнении завтра же.

— Хорошо, — опустил он голову, понимая, что ему не отвертеться.

— И что в органы вы больше не попадёте, вы тоже понимаете, надеюсь? — спросил его Баташов.

— Да, Дамир Ильясович.

— Ну и меня ты тут, конечно же, не видел.

— Нет, не видел никого из вас.

— Тогда доброй ночи, — кивнул Дамир.

Анатолий кинул на него ещё один печальный взгляд побитого палкой пса.

— Иди, — выпихнул я его из салона так, что он еле устоял на ногах, приземлившись на асфальт кое-как, и спрыгнул за ним следом.

— Стой, — перегородил я ему дорогу, когда он уже намылил лыжи в сторону своего убежища-подъезда.

Он с опаской уставился на меня, ожидая подвоха в любой момент.

И правильно ожидает.

— А если бы она согласилась и приехала бы в тот отель? — спросил я его, мечтая размазать по стене его мозг.

Его глаза снова забегали.

— Да вы что… Я бы никогда не…

— Врёшь, шакал.

— Нет, я бы никогда против вас не…

— Понравилась тебе Тая?

— Тая? Таисия Константиновна?

— Ну, я не знаю, у тебя там не одна Тая Вострова, что ли?

— Нет, одна. Конечно, одна…

— Понравилась тебе она, спросил я?

— Она красивая женщина, конечно, эффектная. Я понимаю, почему вы её так… Чёрт…

Он не договорил, потому что терпение моё лопнуло, и Толя получил хороший удар под дых.

— Выкинь эти мысли из головы, ты понял? — спросил я. — Иначе головы у тебя не станет вовсе. И забудь, что мы здесь были. Ясно?

— Я-ясно…

Я оставил его приходить в себя, махнул рукой ребятам, которые стояли у машины, и мы все запрыгнули в салон. Постучал по стенке, и водитель привёл автобус в движение.

— Что ты на меня уставился? — спросил я Баташова, который не сводил с меня внимательных синих глаз уже минут пять как.