Одержимость Малиновского

— Он скривился как от зубной боли, видимо, вспомнив моего будущего начальника. — Нам изрядно пришлось попотеть, уговаривая его участвовать в операции. Так что вы не имеете права на ошибку, как прошлая профурсетка.

— Можно точнее, чего нельзя делать с вашим «ценным» сотрудником, дабы не вызвать его гнева?"

"— Отчего же, скажу: не язвить, не злить, подчиняться любому его приказу. Захочет интима, придётся и на это пойти. — От последней реплики мне стало дурно, вот спать я точно не собираюсь с фиктивным мужем. — Да что вы побледнели, интимные услуги — это вряд ли, он последнюю профурсетку и в отставку отправил, потому что в штаны пыталась к нему залезть.

— Что от меня требуется, помимо беспрекословного подчинения своего новому господину? — последнее я процедила сквозь зубы.

Вот не люблю, когда так со мной разговаривают.

— Детали операции знает только он, что посчитает нужно, расскажет. Вы же… — наклонился через стол и чуть слышно: — Ради бога, не злите его. Выйдет из себя, всё может закончиться плохо для вас. — Вновь вернулся в прежнее положение, смотря на меня, качая головой. — Ума не приложу, как только ваш отец позволил выбрать эту профессию? Ну да ладно, это не моего ума дело, — махнул он рукой.

Меня такое отношение взбесило, словно я несмышлёный ребёнок.

— Дмитрий Савельевич, не подскажете, с чего такое пренебрежение ко мне? Словно я вашего любимого щенка придушила?

— Мирослава Глебовна, какого вы ожидали к себе отношения? Вы же у нас всегда были на особом счету — фигура неприкосновенная… Ключевое слово ""были"". И зарубите себе на носу, таких, как вы, миллионы, а этот человек уникален…

— Не подскажете, а имя у вашего уникального Мистера Икс есть?

Должна же иметь представление, с кем мне придётся работать. Но уверена, он не извращенец: Сашка бы не позволил работать с таким человеком.

— Скоро узнаете. Запомните, провалите задание, вам даже отец не поможет…

— Ещё одно слово в таком ключе, и тебе никто не поможет!

Раздался за спиной разъярённый голос, моё сердце от ужаса чуть не выпрыгнуло из груди, болезненно ударившись о грудную клетку. Вот чёрт, это же Малиновский! Я замерла, боясь посмотреть на него.

— Вы меня неправильно поняли… — заблеял Давыдов, суетливо бегая глазами.