Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Лощеного вида хостес, подвела их к одному из диванов, с широким стеклянным столиком, где все уже было приготовлено –  дорогое шампанское дожидалось в ведерке со льдом, виски поблескивали своим янтарным отливом, кристально чистые бокалы ждали того, чтобы быть наполненными напитками, искусно оформленные закуски аппетитно манили…

– Не понимаю смысла клубов,–  выдохнула Юлианна, пристраиваясь на диван и снова настороженно оглядывая помещение, – никогда не понимала…

– Смысл в том, чтобы забыться и перестать грузиться, Юля… Стать облегченным вариантом себя… Сосредоточиться только на музыке и танцах… Красоваться, привлекать, возбуждать и дразнить… Это такая игра… Знаешь, по своей природе, даже просто проживая свои жизни, все мы играем в игры… Это нужно человеческой природе… Примерять на себя разные роли… Клуб помогает это делать без ущерба реальности… Скажем, девушка, пришедшая с мужчиной, всегда может повилять задом перед парнем за соседним столиком, с кем обменивается зрительными флюидами секретно… Будь они не в клубе, а в офисе, едва ли позволили себе такое… –  он налил себе виски.

– Я воздержусь, пожалуй, хватит с меня.

Налил второй рокс Блэк Лейбла[1] и протянул.

И она, конечно же, взяла.

К их столику подошла красивая танцовщица, зазывно начала извиваться перед ними, демонстрируя свое тело, посылая Кариму очевидные, недвусмысленные сигналы. Он улыбался, не без удовольствия скользя по точеной фигуре модели, но не шевелился. Перевел взгляд на Юлианну, чтобы проследить ее реакцию.

– Тебя напрягает?–  спросил, увидев очевидную натянутость, почти панику, во встречном взгляде… Она прижалась к противоположному краю дивана, усиленно отворачивалась, побледнела…

Странная реакция… Ревность? Нет, конечно… У них не та ситуация… Стеснение? Возможно… А может что- то еще? Неприятные воспоминания из прошлого? Страхи, посеянные мужем?… Бывшим мужем…

– Я… мне…–  начала она,–  мне здесь не нравится, Карим…

– Почему?– приподнял бровь,–  выпей еще немного, Юля, отпусти себя, давай же…

Карим поманил извивающуюся перед ним девушку пальцем, что- то прошептал ей на ухо.

Снова перевел взгляд на Юлю. Потеряна, подавлена. Снова стеснительно одергивает юбку, оглядываясь по сторонам. Народу в помещении становится все больше, музыка играет все громче. Теперь уже они не были столь на виду, растворялись в толпе, если эту селективную публику можно было так назвать…

Карим придвинулся к ней ближе.