Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Кто- то остервенело целовался, кто- то набивал, прямо на улице, татуировку на пятой точке, доверившись рукам, странного вида, мастера, кто- то, что- то бессвязное лепетал себе под нос, очевидно, пребывая под психотропными веществами. Объединяло всех этих людей две вещи-  полное сумасшествие и очень юный возраст… Юле показалось, что большая часть этих сходящих с ума подростков, едва достигли совершеннолетия. Почему- то вдруг закралась мысль, что, будь она матерью, ни за что бы на свете, не пустила сюда своих детей…

– Пойдем, не артачься, –  он подтолкнул ее вперед, положив руку на талию.

Девушка невольно дернулась, но руку не убрала. Она шла с опаской и ужасом, озираясь по сторонам, Кариму на забаву. Такая неимоверно трогательная и хрупкая, кристально чистая, в своем белом платье, на фоне царящего вокруг балагана и безвкусицы.

Прямо перед ними, на асфальт упала совершенно невменяемая, молодая британка, которая забилась в чем- то напоминающем то ли судороги, то ли экзорцистский обряд танца и начала выплевывать, невпопад, матерные слова.

Юля снова дернулась…

– Не бойся, нам не к ним…–  усмехнулся Карим и потянул ее теперь за руку за собой, дальше по улице.

Они прошли пару сотен метров и завернули, наконец, за угол. В переулке было темно и разительно тише. Уперлись в какую- то маленькую дверь, постучались в нее. Им сразу открыли, пропуская внутрь другого мира. Юлианна пораженно оглядывалась по сторонам, ощущая себя словно в книге о волшебниках, шагнувших в третье измерение, через портал.

Здесь тоже играла музыка, отбивая басами четкие ритмы, тоже был полный мрак, но от этого места пахло дороговизной и эксклюзивностью. Сумасшествие и адреналин остались там, снаружи, за бортом… Но смена обстановки не принесла ей расслабления… Одна некомфортная зона сменилась другой… Почему- то снова стало страшно, не по себе…

На входе им обоим дали по маске. Ему-  черную, ей-  белую. Карим помог Юлианне аккуратно ее одеть, пропустив волосы наружу.

Приятно было держать их в руке… Нежные, и в то же время упругие, щекочущие, своими острыми кудряшками, пальцы… Снова взял за руку, заводя вглубь просторного зала.

Белоснежные диваны были разбросаны по, футуристического вида, зеркальному пространству. На шестах, словно подпирающих высокий, уходящий, за счет зрительного обмана, в никуда потолок, крутили своими телами красивые, стройные девушки.