Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

И с удовольствием оставит все эти двусмысленные разговоры в стороне, пока не поест…

– Что такое возраст, Юля?– спросил он снова через какое- то время, когда первые позывы голода были удовлетворены,–  всего лишь цифра в паспорте, которую всегда можно подделать, как ты теперь прекрасно знаешь… Реальный возраст в мозгах и в генетике… Одни стареют уже к тридцати, другие молоды до шестидесяти… Но все они, к сожалению, постоянно загоняют себя в стандарты восприятия своего возраста обществом, а потом страдают от этого… Поэтому, мы имеем сотни тысяч людей с депрессией, которые в тридцать хотят лежать на диване и сокрушаться о своих болячках, но им нужно куда- то бежать и что- то вечно делать, или шестидесятилетних, по которым плачут шумные вечеринки и дискотеки, а они нянчатся с внуками и смотрят ток- шоу для престарелых… Если хочешь, природа вообще заложила в нас много всего из того, что мы пытаемся подавить… Научно доказано, например, что лучшим сексуальным партнером для женщины после тридцати является самец, младше ее на возраст от шести лет… Знаешь, почему? Потому что сексуальная энергия женщины раскрывается только после тридцати… А у мужчин же, наоборот, с тридцати лет начинается затухание инстинктов… Другими словами, не хочется больше трахаться денно и нощно…

Юлианна поперхнулась.

Меньше всего сейчас хотелось говорить о сексе с ним… Эта тема пугала ее больше, чем что- либо в его присутствии…

– Не стесняйся, Юля… Не нужно стесняться всего того, что естественно…

– Карим, наш разговор сейчас неправильный… Хотя бы потому, что я… ты…– растерянно начала она перебирать аргументы, тут же теряясь и рапортуясь…

– Ты –  что? Я –  что? Видишь, сама понимаешь, что не знаешь, что сказать… Ты и я сейчас сидим на красивейшем берегу, едим вкуснейшую еду и пьем вино.

Выдохни уже. И давай проясним, чтобы больше не было этих взглядов урывками, нервных покусываний губ и неловких недомолвок. Я бы тебя трахнул. Не дергайся так, здесь ты явно переигрываешь, ты ж не целка константинопольская, говорю, как есть… Но факт того, что ты мне сексуально интересна, отнюдь ничего для тебя не меняет и ни к чему не обязывает. Захочешь секса-  я буду рад. Не захочешь-  твое право. Но стесняться, напяливать на лицо скорбное выражение монашки, изображать осуждение от того, что я смотрю на тебя как мужчина на женщину, больше не нужно. Всё, договорились?

Она молча сглотнула и кивнула…

– Вот и славно.