Тут постой, я сейчас, – скомандовал Елисей и, быстрым шагом вернувшись к коляске, отвязал лошадь. Развернув транспорт, он запрыгнул на козлы и, подогнав коляску к женщине, тихо велел: – Садись, и смотри, чтобы дите голос не подало. Перед заставой коляску бросим и пешком пойдем."
"Дождавшись, когда она усядется, парень тряхнул поводьями и рысью погнал ухоженную кобылку в нужную сторону. Спустя час он оставил коляску у какой-то коновязи, прямо на улице и, взяв попутчицу за руку, свернул в знакомый переулок. Из него был выход за черту города.
Точнее, выходил он к сточной канаве, за которой начинался заросший бурьяном пустырь. А уже за пустырем начинались пригороды. Там же вилась и едва заметная тропинка, выходившая на тракт.
То и дело поддерживая уставшую женщину, Елисей вывел ее на дорогу и, вздохнув, проворчал:
– Потерпи еще маленько. Пять верст пройдем, и отдохнешь.
– А что там будет? – несмотря на усталость, проявила любопытство женщина.
– Имение родича моего. Там пока и поживете. Ну, а после, как дела закончу, до дому поедем.
– А вы, сударь, тоже в имении том живете?
– Тоже.
– А родич ваш, он что, титулован?
– Оба мы титулованы.
– Шутить изволите, сударь, – вздохнула женщина. – Где ж это видано, чтобы титулованный господин по ночам людей резал, словно тать ночной?
– А я не тать. Просто не мог я допустить, чтобы два изверга над женщиной насилие учинили, – нехотя признался Елисей. – Не спустись ты к реке, я бы и не высунулся. Дождался, когда они проедут, и дальше пошел.
– А вы, сударь…
– Погоди.
Тебя как звать?
– Ирина.
– А меня Елисей. Вот и познакомились, – усмехнулся парень, шагая к дому.
* * *– Ты можешь мне объяснить, что это за женщина и почему она должна жить здесь? А главное, как все прошло? – лениво поинтересовался Ильико, попивая кофе, развалившись в кресле своего кабинета.
– Как прошло, газеты читать надо. А по поводу Ирины… забудь. Отправлюсь домой, с собой ее заберу, – так же лениво отмахнулся Елисей.
Они едва успели добраться до имения, когда небо разразилось долгим, нудным дождем.
И вот уже середина дня, а прекращаться он не собирался. Потому и настроение у родичей было сонно-ленивым. К тому же сам Елисей, помня, что больше никуда торопиться не нужно, с удовольствием предавался безделью, а княжич просто отдыхал после службы.
– Расскажи хотя бы, где ты ее нашел, – не унимался Ильико. – Или ее ребенок… Хотя нет. Ты никогда раньше тут не был.
– Между нами, – понизив голос, ответил парень. – Ребенок незаконнорожденный.
