– Не бойтесь, ваша светлость, пока колесница на земле, она безопасна.
– Да, – согласилась Амалия, однако руки теперь держала при себе. – А что еще здесь имеется? Куда, к примеру, кладут багаж?
– Для всякой мелочи подходят вот такие тайнички.
С этими словами Бекет открыл стенные ящики, где пилоты держали свои пожитки.
– Это все твое? – спросила Амалия, едва сдерживаясь, чтобы не начать рыться в чужих вещах.
– Нет, это прежнего хозяина.
– Я могу посмотреть?"
"– Конечно, ваша светлость, – разрешил Бекет, и принцесса стала с азартом перебирать старые портсигары, забытые пистолетные патроны, пачки жевательной резинки, упаковки презервативов и вышедшие из употребления монеты.
– Да здесь деньги!
– Можете взять их себе, ваша светлость. Они выведены из употребления.
– Но это же серебро!
– Никель, ваша светлость. Возьмите в качестве подарка.
Но Амалия монеты не взяла и продолжила проверку личных вещей. Правда, во втором ящике оказалась только потрепанная одежда, и принцесса быстро потеряла к ней интерес.
– А что там? – спросила она, указывая в корму.
– Отхожее место, ваша светлость, – сказал Бекет, надеясь этим отпугнуть интрессу, однако та, напротив, заинтересовалась.
– Отхожее место в колеснице? – переспросила она, и от удивления ее глаза стали круглыми.
– Желаете посмотреть?
– Да, желаю!
Желание гостьи – закон. Бекет повел ее в хвост и продемонстрировал всю механику санузла, показал, как течет вода из рукомойника, и даже подарил пару душистых салфеток, которые ее светлость приняла за «нежные носовые платки».
– А что у вас там, дальше? – спросила Амалия, когда они вышли из санузла.
– Здесь находятся пищевые запасы, вот в этом шкафу.
Бекет приоткрыл дверцу холодильника, и Амалия заглянула в его освещенное нутро.
– Ну и что же тут можно есть? – спросила она. – Там только какие-то шелковые тряпочки.
– Это упаковка, ваша светлость. Чтобы это съесть, нужно сначала разогреть сверток вот в этом ящике – это печь. А уже потом, сняв тряпочки, приступить к еде.
– И что же внутри этих свертков?
– Рагу из баранины, паштет, котлеты куриные, говяжьи отбивные с картофельным пюре. Много чего, всего не перечислить.
– Вы смеетесь надо мной? – строго спросила Амалия, распрямляясь, насколько позволяли низкие потолки.
– Совсем нет, ваша светлость.
– Ну хорошо, а что это за дверь на стене?
– Это не дверь, ваша светлость, это раскладная кровать…
– Кровать? – В голосе принцессы снова зазвучал металл.
– Извольте, я покажу.
