И даже сопеть, прожигая взглядом, у меня получается куда эффектнее! Вот только Максу это не понравилось. Грустным и унылым стало его лицо, а мои ступни ощутили вес всего тела на холодном дощатом полу террасы. Дождь все упрямее колотил по крыше, стекая громким водопадом на землю. Максим сложил руки на груди и, присев на спинку дивана сбоку, молча наблюдал за буйством непогоды, а Дам, как истинный кот, тут же занял хозяйское нагретое кресло. Видимо, чтобы не остывало…
Устроившись на диване с поджатыми ногами, я ждала, что меня все-таки обнимут, но… Широкая мужская спина застыла передо мной красивой скульптурой, а дождь все лил и лил, словно небо прохудилось.
– Ты голодный? – тихо спросила, глядя на эффектный разворот плеч.
Я рефлекторно перетерла подушечками пальцев воспоминание о мягкой нагретой ткани его тонкого свитера. Это тающее в руках ощущение не хотелось отпускать. Выхваченный на несколько упоительных мгновений запах его тела взбудоражил воспоминания, и ссориться уже совсем не хотелось.
– Мама борщ готовит, я давно хотела тебя познакомить с родней. Знаешь, она отлично стряпает!..
Максим отрицательно покачал головой."
"– Если мы сейчас не можем договориться о мелочах, то что будет дальше? – спросил, обернувшись и нахмуренно посмотрев на меня сверху вниз.
– Макс… – вздохнула, подползая к нему. – Я просто не хочу быть горничной, с которой ты спишь. Разве сложно поддерживать порядок в доме вместе? А если я заболею или уеду?
– Ты и уехала, – нахмурился обиженно.
– Предательски бросила нас наедине с бутербродами и пельменями.
– Неправда! Там еще и курица была с рисом!..
– Она была маленькая и очень незаметная…
Выдержав снисходительную паузу, Макс мученически вздохнул, обнимая меня в ответ. Падать с ним на диван было страшно и неожиданно, а потому не обошлось без визга, – еще и щекотать начал прицельно по самым чувствительным местам!
– Макс!.. – пискнула, отбиваясь. – Ну Максим!..
– Вреднота моя, – прорычал, стискивая и укладывая на себя.
Пришлось усесться верхом и упереться в грудь разыгравшегося мучителя. Одно хорошо точно – он теплый. И так и тянет уткнуться носом в легкий нагретый свитер под ладонями… Но раз я «вреднота», то марку надо держать. Из вредности.
– Только не думай, что я тебя простила на этом, – пригрозила пальцем, стараясь сохранить максимально серьезное выражение лица.
– Кать, ну чего ты еще хочешь? – судя по кошачьей улыбке, Макс на мою серьезность не купился.
