– Что, уже было что снимать?
– Я?! Нет!!!
– Точно нет? – подозрительно сощурился, косясь на меня одним глазом. – В лифте ворковали, как будто уже…
– Макс!!! – возмущенно ударила рядом с ним так, что дернулся в сторону. – Неужели не ясно было, что я хотела тебя позлить?!
Меня ощутимо трясло, в горле поднимался ком и тошнота. Он сел, откинув одеяло.
– Еще и на груди синяк!.. – возмущенно запыхтела.
Меня поймали за талию и, шипя от боли, притянули к себе.
– Все хорошо, девчоныш… теперь все будет хорошо, – размеренно произнес на ушко.
– Главное, что у них ничего на тебя нет. Ты у меня стойкая девочка, – поцеловал волосы, – самая верная, самая любимая!.. Не нервничай. Надо было сразу с Леркиным отцом встретиться, но кто же знал…
Я со вздохом откинулась на его грудь, вытирая слезы. Просто так страшно за Максима стало, как-то не задумывалась никогда, что он может пострадать, даже если ударит первым!..
– А что отец?
– А ты думаешь, это чьи деньги были? Лерон наверняка напела ему, что берет их под бизнес, это в ее стиле.
Ему очень не понравилась новость о том, на что в реальности ушли пятьдесят тысяч. Да к тому же это дельце попахивает криминалом, а светить свою депутатскую фамилию даже в выигранном деле о попытке шантажа, вымогательства и сексуального насилия ему не с руки. А у меня теперь достаточно материала, чтобы довести это дело до суда, уж поверь.
– И ты с ним свяжешься?
– Мы разошлись мирно. Думаю, это не нужно ни ему, ни мне. Достаточно и того, что Лерка теперь будет зарабатывать на жизнь самостоятельно и пока – в роли продавщицы одного из своих бывших ювелирных бутиков.
Так решил ее отец.
В тот день я так и не решилась спросить, что стало с моим «платным» ухажером. Да и за сапогами мы не поехали, какие теперь сапоги, когда Макс… такой?.. Единственное, на что его хватило, – это неспешно прогуляться с нами по аллейке, и то, – на следующий день. Дни летели один за другим, на работе больше никто не доставал и не звонил с неприличными предложениями.
А пока я с благодарностью варила вечерами для своего героя куриные супчики, которые, кстати, и сама ела без проблем, правда, вприкуску с имбирем. И пусть в душе еще роились остатки недоверия и обиды, теперь я точно уверилась в мысли, что правильно сделала, оставшись здесь.
Грустно и смешно признавать старую, но очень мудрую истину: семья рождается через боль и трудности, а счастье у госпожи Судьбы еще заслужить надо.
