Одиссей покидает Итаку. Книги 14-21

Но и возможности связаться с «берегом», надежд когда-нибудь вернуться обратно - тоже нет. А что там делать, на покинутом «берегу»? Будем искать «новые земли». - Если так, то спешить некуда. Будем оценивать обстановку и соображать…

Он встал из-за стола, подошел к окну, из которой го был виден океан, и как только приоткрыл створку, соленый ветер заполоскал шторы, вытягивая их горизонтально, вскидывая к самому потолку.

Хорошо. Все складывается хорошо. Для него лично. Теперь есть где укрыться от треволнений мира, откуда снова можно руководить им совершенно так же, как это делалось раньше.

С Замком он теперь мог говорить, вслух или мысленно, с любого места, не только из-за пульта.

– Можешь найти мне прежнее тело? - спросил он просто так, думая совершенно о другом.

– Прямо сейчас? Ты его получишь. Только сначала Александр должен занять свое…

Интересно, почему Замок называет своего любимца полным именем? Всегда он был то Сашкой, то Шульгиным, моментами - Александром Ивановичем, если требовалась официальность.

– Это важно - чтобы он занял его?

– Достаточно важно. Его шансы выжить значительно возрастут. Тому человеку, в ком он сейчас находится, тоже будет лучше. Ему будут угрожать только люди…

Антону надоели разговоры вокруг да около. Складывалось впечатление, что Замок то ли до сих пор не решается перейти к полной откровенности, то ли опасается произносить некоторые вещи вслух.

– Давай говори напрямую. С телом я могу и потерпеть. Но ты все же объясни, что за страшная опасность нам угрожает, если ее боишься даже ты.

– Я - не боюсь. Меня взять штурмом и уничтожить невозможно. Мне просто не хочется остаться островом в океане зла…

– Ох, как возвышенно, друг мой! Я готов поверить, что ты проникся идеями древних земных философов. Не побывали здесь до меня Сократ с Платоном? Старик Конфуций? Заратустра? Или ты сам придумал их от скуки? Пока меня не прислали сюда на должность коменданта? Что ты можешь знать о проблеме добра и зла, если такой проблемы вообще не существует? Ты хоть раз за свое существование встречался с чем-то, подходящим под эти дефиниции? Убить кого-то - добро одному, зло для многих.

– Но ты же усомнился, - с усмешкой вставил голос в его тираду. - Сбежал, презрев волю «облеченных доверием».