После приземления мне доложили, что моя девушка, отсидев в ванне полтора часа, пошла спать. Эта ее извращенческая семейка все-таки довела Кроху, но глубину ее расстройства понял только тогда, когда увидел стоящую в дверях с потерянным видом и несчастными глазами. Маленькая девочка в этой пижамке с заячьими ушками, босая, с растрепанным пучком волос, без единого грамма косметики, но самая желанная и родная в этом гребаном мире.
Когда вжал ее тело в свое и почувствовал, что меня в ответ хорошенько стиснули, думал, задохнусь от счастья и желания.
Вкус ее губ, ее запах и ее тело сводили с ума так, что контроль над эмоциями стремительно таял.
Немного отклоняясь назад, скользнул руками вдоль ее тела, одновременно лаская и расстегивая замок. Черт, черное кружево! Только Кроха с ее особым взглядом на жизнь может на эротическое белье натянуть детскую пижаму. Как только мои ладони коснулись обнаженной кожи живота, с губ Селины сошел чувственный стон, а глаза прикрылись.
— Кроха, открой и не закрывай глаза, я хочу их видеть, — голос хрипел и ломался.
Она послушалась, и я очутился в этом серебристом водовороте. В эту минуту я точно понял, что готов там утонуть и остаться навечно, что ни одни другие глаза не смогут стать заменой. Я был заколдован, опленен, парализован глубиной чувств. Это был мой личный нокдаун.
Зверь внутри меня требовал и рычал от нетерпения. Скользнул руками к груди, сжимая и стаскивая чашечки бюстгальтера вниз. Ртом накрыл один сосок, а второй зажал между пальцев, слегка покручивая.
Представлял этот миг миллион раз, но все равно оказался не готов, так как ее громкие стоны рвали последние нити контроля.
Почувствовал, как слегка шершавые ладони девушки скользнули со спины вперед, и она стала торопливо расстёгивать рубашку непослушными от волнения пальцами. Удерживая ее бедрами на весу, помог избавиться от ненужной вещи.
— Какой же ты все-таки потрясающий, Арчинский! — воодушевленно простонала девушка, скользя руками по крепкому рельефу моих мышц.
— Ну, как я могу отказаться от такого десерта?
— Никак, Звездочка! Я не позволю! Можешь лизать, кусать… мне все равно, главное, не сдерживайся.
Кроха хитро улыбнулась и повела плечами, скидывая верхнюю часть пижамы. Господи, ну, кто придумал комбезы?! Их нереально быстро снять, особенно когда каждая секунда промедления приравняется к смерти через перевозбуждение.
Накрыл ее рот в диком поцелуе, а руку положил между ног, сжимая через ткань.
