Заговорил, когда уже отошел к окну, прервав эту напряженную тишину.
— Я знаю про ваш страх прикосновений уже давно. Как-то раз случайно услышал ваш разговор с подругой. С тех пор я и несколько парней, так сказать, охраняем ваш покой от мужского посягательства, да и сами Вы не особо даете им надежду на бурное и страстное.
Он повернулся ко мне лицом, складывая руки на груди. Я тоже задумалась, рассматривая мужчину, а почему не он? Симпатичный, простой в общении, высокий, с мышцами, ну, до Арчинского ему еще подрасти, но… черт, а смысл рассуждать дальше, если я его уже с этим гадом сравниваю.
— Вы не подумайте ничего плохого, Селина Арнольдовна, никто не обижен. Вы просто особенная, и мы вас очень уважаем и ценим, а все остальное — это уже романтические сопли. Просто знайте, если нужна помощь, то только скажите.
Я глубоко вдохнула, собирая мысли в стройное предложение.
— Спасибо, Павлуш! Правда, мне очень приятно, но если намекаешь на недоброе ко мне отношение со стороны Арчинского, то это полный бред.
Он, конечно, местами полная козлина и бабник, песок, по которому я ходила, не целует, но намеренно вреда мне однозначно не причинит. И желание завести оружие абсолютно с ним и нашими отношениями не связано.
Вот сейчас я малость соврала, так как, узнав о помолвке, в первые минут двадцать мне очень хотелось его пристрелить.
— Тогда я спокоен! Оружие будет готово, мне нужны сутки.
— Ну, завтра выпишешься, а в четверг, край в пятницу привезешь мне сюда. Я в четверг дежурить буду. Своим скажешь, что на плановый осмотр, я и постовую охрану предупрежу, чтоб шумихи не было.
- Договорились! А, может, вам еще нужен бронежилет?"
"Я представила это снаряжение под открытым вечерним платьем и, засмеявшись, отрицательно покачала головой.
— Нет, спасибо! Только крепление, пояс, как он там правильно называется, для скрытого ношения на бедре.
Мой пациент снова открыто улыбнулся и сказал, что все будет в лучшем виде. Попрощалась, договорившись держать связь по телефону.
Вышла из палаты, еще немного пребывая в мыслях об услышанном. Вот ведь как бывает, мы не замечаем очевидного из-за страха увидеть то, что нам не понравится, может обидеть, ранить. Меня вполне устраивала такая жизнь, а сейчас все рушилось, но я пока не хочу, не готова вернуться в этот реальный мир.
