Одна минута и вся жизнь

«Кто-то там побывал после меня, возможно, мы разминулись всего на несколько минут. — Дане становится страшно. — Значит, Иванова вела переговоры о продаже компромата. Либо сам виновник торжества что-то пронюхал. Вот теперь начнется настоящая потеха».

Дана допивает чай и одевается. Пора познакомиться с Градским-младшим. Судя по досье, парень весь в отца.

«Но путь этот будет долог и полон скорби». — Дана примеряет дорогой костюм, отделанный стразами. Удобные кожаные ботинки с высокой шнуровкой сидят как влитые, она набрасывает куртку и выходит.

Коробки типа «Мэрилин» разбросаны по всему миру. Они могут отличаться названием, меню или цветом клиентуры, но их суть одна: секс, наркотики, безделье. Это три кита, на которых стоит бизнес ночных клубов. Дане это известно, она платит за вход и входит в полутемный зал.

На подиуме извивается довольно крупная девица, обнимая ногой шест. За столиками и за стойкой сидят посетители. В соседнем зале дискотека. Народ оттягивается.

Дана заказывает томатный сок и садится напротив подиума. Девица ушла, и теперь мускулистый парень снимает костюм-тройку. Дана с интересом наблюдает за его манипуляциями.

— Вы не находите, что это извращение?

Дана поворачивает голову. Рядом приземлился тощий паренек с рыжей шевелюрой.

— Ну, мужской стриптиз…

— Это в вас говорит мужской шовинизм. Хотя я согласна, мужское тело менее впечатляет. Если бы у меня выросло спереди что-нибудь подобное, я бы этого не вынесла. Эта штука, по-моему, здорово мешает ходить.

— Он вполне доступен. Можно не только смотреть. Я вас тут раньше не видел.

— Ничего. Меня зовут Руслан. А вас?

— Я вас угощу. Что вы хотите?

— Я просто хочу отдохнуть. Но теперь, похоже, мне не удастся.

Руслан смотрит на Дану. Она видит, как удивленно поднялись его брови, а глаза блеснули холодно и угрожающе.

— Вы считаете, что я клеюсь к вам?

— Вот именно, приятель.

— И вам это не нравится?

— Так чего ты сюда пришла?

— Я должна отвечать?

— Конечно. Потому что я спросил.

Дана молча выливает содержимое своего стакана парню на голову.

Он делает замах. Так долго, что слона можно освежевать за это время. Дана бьет его по лбу стаканом из толстого стекла, толкает с высокого табурета, а носок ее ботинка входит под ребра нахалу. Она не любит, когда к ней обращаются на «ты». Она не любит наглых ублюдков.