Меня даже в детстве не шлепали за провинности. Следом последовал еще один удар, потом еще. Стало невероятно стыдно и обидно, что меня как какого-то несмышленыша шлепают по попе. Но самое странное, что больно не было. Наоборот, вся ситуация невероятно возбуждала. И сама не поняла, как при следующем ударе по ягодицам застонала, приподнимая бедра.
— Алиса, смотри на меня! — потребовал Макс. — Я хочу видеть твои глаза.
Ничего не ответила, подчинилась и прикусила губу, когда при новом ударе горячая волна возбуждения пронеслась по телу, угнездившись внизу живота.
Скрутилось в тугую спираль и жаждало освобождения. А Павел все продолжал свое черное дело, посылая новые импульсы возбуждения. Снова застонала, приподнимая ягодицы. Больше всего хотелось, чтобы меня избавили от дурацкой одежды, которая только мешала, и завершили начатое. Одним рывком, сразу полностью, чтобы даже не дали опомниться, привыкнуть к внушительному размеру. И брали меня жестко, грубо, на грани наслаждения и боли.
От происходящего и собственных фантазий не выдержала и после очередного удара ощутила, как внутри все взрывается невероятным наслаждением, пульсируя внутри и сжимаясь.
Протяжно застонала, выгнулась, почувствовав свободу, и сильно сжала руки Макса. Отпустила, снова сжала. Точно так же, как у меня сжималось все внутри и отпускало.
— Невероятная, — протянул Макс, наклонился и поцеловал жестко, грубо, лишая воздуха. Которого и так не было после феерического оргазма.
— Сладкая, — добавил Павел, прижимаясь своим возбуждением к моим многострадальным ягодицам.
Что-то невнятно промычала в рот Максу и оборвала поцелуй, отпуская его руки. Потом перевернулась на спину и счастливо улыбнулась.
— Теперь ты понимаешь, что нужно отвечать за свои поступки? — очень спокойно осведомился Павел.
Вот только я видела, как тяжело ему дается контроль. В его глазах полыхал огонь страсти. И все, что он желал, так это взять меня, пометить собой. Но по каким-то причинам не делал этого. Мысленно усмехнулась, пытаясь понять, для кого все-таки было это наказание.
Что касается меня, наслаждения на текущий момент мне было достаточно. И потом оно меня настолько взбодрило, что хотелось продолжить работу. Медленно сползла со стола. Правда попутно зашипела от боли. Которая теперь, после того как наслаждение утихало, прекрасно ощущалась.
— Рыжулька, больше не будешь так необдуманно поступать? — вкрадчиво поинтересовался Макс.
— Больше не буду, — кивнула я, опуская глаза. И ощутила удовлетворение от мужчин.
