Одна ночь в Венеции

 – Он ни минуты не желал оставить ее в покое!

Баронесса Корф подошла к нему вплотную и остановилась, глядя прямо в глаза.

– Граф Ковалевский застраховал свою жизнь. Вам известно, в чью пользу?

– Застраховал? – искренне изумился молодой человек. – Простите, сударыня, но мне об этом ничего не известно!

– А Марии Антоновне?

– Она никогда не говорила мне ни о чем подобном.

Юноша явно не лгал, почувствовала Амалия. О страховке, если таковая существовала в действительности, а не являлась выдумкой Елизаветы Корнелли, Нелидов не имел ни малейшего понятия.

Тогда кто, кто может знать о ней? Конечно, можно навести справки в страховых компаниях, но это потребует массу усилий, ведь в отличие от Папийона баронесса не являлась официальным лицом.

– Благодарю вас, сударь, – сказала Амалия. – Вы…

И тут ее взгляд, блуждая по комнате, наткнулся на стоявшую на шкафу статуэтку, полускрытую стопками книг. Снизу была видна часть фарфоровой арфы и голова одной из фигур в парике по моде XVIII века.

Нелидов, проследив за направлением взора гостьи, покосился на шкаф – и увидел, на что та смотрит. На лице его отразился ужас.

– Мне, пожалуй, пора идти, – сказала баронесса, быстро отступая к двери.

– Куда же вы? – хрипло спросил Нелидов.

Не отвечая, Амалия кинулась к выходу, но Петр Нелидов вдруг бросился на нее – и стал душить.

– На помощь! – закричала баронесса, отчаянно отбиваясь. «Это он… он убил графа… А фигурку забыл… забыл выбросить…» – мелькали в ее мозгу отрывочные мысли.

– Кричите громче, здесь стены толстые… – с ухмылкой посоветовал Нелидов, стискивая пальцы.

И тут же вскрикнул. Получив удар по глазам острыми ногтями, отшатнулся. На мгновение освободившись, Амалия вновь побежала к двери, однако ее противник оказался проворнее. В передней он снова настиг баронессу, вцепился ей в волосы, женщина ударила его первым, что попалось ей под руку, но удар получился недостаточно сильным… Нелидов повалил ее на пол и снова стал душить…

А в это время внизу, возле подъезда, консьержка с любопытством спросила у Михаила, скучавшего внизу возле дома:

– Вы, значит, шофер?

– Нет.

Наверху Амалия вывернулась, укусила противника за руку, но мерзавец опять схватил ее за горло и ударил затылком о пол, чтобы она перестала сопротивляться. Пальцы, показавшиеся железными, сдавили шею, баронесса захрипела.