Одна ночь в Венеции

Нутром чуял, что с этим делом что-то не так, однако никак не мог понять, что именно. В одном был уверен: это не ограбление, иначе либо дверь открыли бы отмычкой, либо разбили бы окно… в крайнем случае. У маркиза де Монкура, как оказалось, было алиби, поэтому, каюсь, я до последнего подозревал вашего сына. И только когда мой инспектор прислал срочную телеграмму из Швейцарии…

– Да, я послал его допросить Ковалевского-младшего. И тот вспомнил, что его брат застраховал свою жизнь. Месье Анатоль, кстати, не был уверен, что страховка большая, поэтому особого значения этому факту не придавал.

Получив телеграмму, я сразу же сел на телефон и стал звонить в страховые компании. В четвертой или пятой служащий подтвердил, что я прав. Да, граф застраховался у них, и на крупную сумму… Причем документ о страховке только что предъявили к оплате.

– Не совсем так. Адвокат Урусов… Не от ее имени.

Так вот почему женщина казалась сегодня столь оживленной, догадалась Амалия. Еще бы – ведь она находилась буквально в шаге от таких денег!

– Сговор с целью убийства?

– Скорее всего, да.

Помните убийство Викторины Менар? Когда я сказал вам, что частичный след убийцы ничего нам не дает, я был не вполне искренен. Дело в том, что даже по такому отпечатку можно сделать далеко идущие выводы. Мы узнали, к примеру, ширину подошвы и поняли, что нога у убийцы небольшая. Это сразу же наводило на мысль о невысоком мужчине… таком, как адвокат Урусов, к примеру. Узнав о страховке, я сложил два и два. Все очень просто, сударыня: Нелидов убил Ковалевского из-за денег, а побудила его к преступлению, конечно, Мария Туманова. Но когда выяснилось, что имеется свидетель убийства, пришлось устранить и его тоже. Нелидову не удалось бы подобраться к ней незаметно, и пришлось потрудиться Урусову. Заодно адвокат убил Андреа, не имевшего к делу никакого отношения, но не вовремя подвернувшегося ему под руку. Ну, тут уж ничего не поделаешь…

– Знаете, – медленно проговорила баронесса Корф, – мне кажется, что Нелидов понятия не имел о страховке.

Он искренне удивился, когда я упомянула о ней.

– Понятно, – кивнул Папийон. – Значит, его элементарно уговорили освободить прекрасную даму от дракона… прошу прощения, мадам Туманову от месье Ковалевского. То, что граф и Мария уже расстались, в расчет не шло – ему, конечно, объявили, что бывший любовник преследует ее, жить ей не дает и так далее. – Комиссар вздохнул. – Отвратительная история, по правде говоря.