Одна ночь в Венеции

– Да, теперь я это понимаю… И ведь при мне они даже не обмолвились об этой страховке… Если бы я знал! Мария ведь все время твердила о деньгах… Никогда не говорила о книгах, о статуях, о художниках… Мечтала о собственной вилле в Италии, о доме в Венеции… Ее интересовали только деньги. Если платье было красиво, обязательно упоминала, во сколько оно обошлось… Автомобили тоже имели значение. И украшения, вещи… А я не думал о деньгах. И понятия не имел, что смерть графа была ей нужна, чтобы стать богатой…

В голосе Нелидова звенела детская обида.

– Итак, граф был мертв, вас никто не подозревал, вы втроем считали себя в безопасности. И вдруг…

– Да, как гром среди ясного неба. Как сейчас вижу – входит Элен с распечатанным письмом…

– Мария поручала ей просматривать почту за нее. Она не любила писем и редко писала ответы.

– Что было в письме?

– Ужасные вещи… От мадам Тумановой требовали больших денег, иначе грозили рассказать обо всем полиции. Тут-то я и вспомнил о той девице…

– И рассказали остальным?

– Ну да.

Урусов сразу же сказал: надо избавиться от свидетельницы. В письме говорилось, что она приняла все меры и если с ней что-то случится, мы пожалеем. Девица решила, что я любовник Марии и убил графа по ее наущению… Об Урусове она не знала, поэтому адвокат вызвался ее найти.

– И это ему удалось.

– Знаете, я сначала думал, что со смертью графа все закончится, но куда там… Прочитав о двух убийствах в газете, я почувствовал ужас. Мне все время казалось, что долго так продолжаться не может, все обязательно плохо кончится… И тут в моей квартире появилась баронесса Корф.

Урусов предупреждал, что она проныра…

– Да, о ней ходят разные слухи. Мол, она авантюристка, однако ее принимают при дворе, у нее есть награды за благотворительность… Баронесса, словно нарочно, задавала свои вопросы так, что я начал думать – ей все известно. Когда дама собралась уходить, я перевел дух, понял, что на самом деле ей ничего не известно. И тут она увидела фигурку… Я растерялся. Что делать? Нельзя же дать баронессе уйти… Я боялся не за себя, а за Марию… А через минуту появились вы, и я понял, что все кончено.

Все…

Нелидов умолк, повесив голову на грудь. Но вдруг поднял и посмотрел комиссару в глаза.

– Знаете, мне раньше было очень смешно читать романы про человеческие бездны, разные там злодейства… А теперь я думаю, что бездна дремлет в каждом из нас. И если ее разбудить…

– Да, – согласился Папийон, поднимаясь с места, – бездну лучше не будить. Никогда.