Одна ночь в Венеции

Гюстав Ансеваль, которого Амалия устроила младшим бухгалтером к Жаку Дусе, боялся даже поверить в свое счастье.

Ему нравилась атмосфера модного дома, нравились продавщицы, сновавшие туда-сюда с озабоченным видом, роскошные платья, переливы дорогих тканей, облака кружев. С первого взгляда он влюбился в дом номер 21 на рю де ля Пэ (она же улица Мира). В стародавние времена Гюстав присягнул бы на верность королю этого маленького царства – кудеснику Дусе, всегда безупречно элегантному, всегда деликатному, но твердо управляющему своим королевством.

Однако времена паладинов и королей канули в прошлое, и молодой человек довольствовался тем, что поклонялся своему кумиру издали.

Впрочем, однажды он решил, что настала пора попросить аудиенции, и, набравшись смелости, получил ее при помощи баронессы Корф, которая явилась к Дусе примерять новое платье.

Дав возможность мэтру и его любимой клиентке обсудить эскизы грядущих творений, Гюстав почтительно, но твердо промолвил:

– Месье Дусе, я не обратился бы к вам, если бы не необходимость… Я долго сомневался, но… теперь я вполне уверен.

Дело в том, что ваш главный бухгалтер ворует.

– О! – только и сказал месье Дусе. – И сколько же?

– В месяц что-то около пяти тысяч франков, месье. Лично я нахожу это недопустимым! – в порыве негодования прибавил молодой человек. – У вас такой замечательный дом… и вы такой чудесный хозяин…

Дусе, знавший жизнь гораздо лучше своего подчиненного, улыбнулся.

– Я очень ценю вашу откровенность, месье Ансеваль, и также буду откровенен с вами.

Пять тысяч в месяц – не так уж много. Когда вы заметите, что бухгалтер прикарманивает тысяч по двадцать, доложите мне, и я приму меры.

– Скажу вам больше, друг мой: во всех модных домах бухгалтеры нечисты на руку. Не знаю уж, почему так повелось… У нас большие доходы, но расходы тоже немалые, деньги текут потоком то туда, то сюда, поэтому мало кто может устоять перед искушением. Менять же одного бухгалтера на другого – все равно что менять одного жулика на другого.

Вы не находите?

– Простите, месье, не нахожу, – твердо ответил Гюстав. – Все не могут быть жуликами. Должен же хоть кто-нибудь быть честным…

– Разумеется. Но я не могу тратить время, отыскивая такого человека… Тем более что через полгода он разберется, что к чему, и, не исключено, поставит свое «дело» на еще более широкую ногу, чем предшественник. Месье Фур знает свои границы, и слава богу.