Одна смертельная тайна

Катенька в день их свадьбы пыталась в лесном озере утопиться, да бабка Ангелина, почуяв недоброе, отправила Маису за ней проследить. Даром что старухе к тому моменту уже девяносто пять лет исполнилось, глаз у нее оставался острым. Маиса дочь домой привела, в беспамятстве в постель уложила, а Ангелина отварами из трав выходила и к жизни вернула.

У Маруси с Иваном через год дочка родилась, Нюрка. Но на тот конец деревни, где Илларионовы жили, она много лет не ходила. Родители боялись, что старая Ангелина девчонку пришибет ненароком.

Когда Ангелина наконец отошла в мир иной, Нюрке уже шесть лет исполнилось, и, хотя Катерина от семьи более удачливой соперницы все равно нос воротила, жизнь поспокойнее стала.

Катерина Илларионова замуж все-таки вышла, пусть и повторив судьбу своей бабки. Сорок лет ей было, когда в деревню нового учителя прислали. Бездетного вдовца, бывшего политзаключенного. Старшая дочь Ирина появилась на свет через год, а Клавдия – в шестьдесят четвертом, когда матери сорок четыре исполнилось, а отцу пятьдесят.

Но детство ее все равно было счастливым, потому что пожилые родители любили дочерей больше жизни, баловали да во всем потакали.

Старинная вражда с соседями за давностью лет забылась. О том, что Мария Васильева когда-то увела у матери ее первую любовь, Клавдия узнала, когда школу закончила да сама замуж собралась. Старшая сестра к тому моменту уехала учиться в Москву, да там и осталась, выйдя замуж и родив сына Ваньку.

Много лет Клавка с Иркой не общалась. Сердилась, что та скинула заботы о старых родителях на плечи младшей сестры, а сама и носу в Глухую Квохту не показывала.

Клавка даже и не знала, жива старшая сестрица или нет, пока неделю назад не объявился Иркин сын Ванька. Зная о скандале, у Клавдии останавливаться не стал, забронировал себе номер на охотничьей базе. Но к тетке все-таки зашел, представился, так сказать. Да только Клавдия его выгнала. Не простила она Ирку за столько лет.

Хоть старшая сестра и померла уже, а все равно не простила.

Племянник к тому же каким-то мутным оказался. Выспрашивать начал о прошлом семьи. Клавдия, конечно, рассказала, да только знала она немного. А уж как о бриллиантах Глафиры речь зашла, так она сразу племянника-то и выгнала. Семейную легенду о спрятанном старой графиней кладе она считала не стоящей внимания байкой.

Ее источником Клавдия считала свою прабабку Ангелину.