Здесь по центру располагалась широкая кровать, платяной шкаф и огромный дубовый письменный стол, над которым висели книжные полки. Места для фолиантов на них Глафире Дмитриевне явно не хватало: часть из них были аккуратными стопками составлены на широком подоконнике.
– Ну как? – услышала я голос внезапно возникшего за спиной Субботкина.
– Да ты богатый наследник, – улыбнулась я.
– Пойдем в кухню, – предложил он, а я заметила в его руке увесистый пакет. – В доме на первом этаже гастроном, открыт до десяти вечера, – пояснил он.
– Мы же поели, – напомнила я, имея в виду нехитрый перекус в его кабинете.
– Так впереди завтрак.
– И то верно.
– Кстати, на балконе полно консервации. Бабуля успела кое-что заготовить. Особенно рекомендую маринованные помидоры. Пальчики оближешь!
Субботкин включил в сеть холодильник, а я открыла дверь, ведущую на небольшую застекленную лоджию. Здесь на стеллаже вдоль стены действительно стояли ряды стеклянных банок с разнообразным содержимым.
– Я и картошечку купил, – доносился из кухни голос Виктора. – И масло!
– Спасибо, – улыбнулась я, прикрывая за собой дверь.
– Ты такое ешь вообще? – настороженно поинтересовался он.
– Я все ем, – заверила я. – Детдомовские, как правило, привередливостью не отличаются.
– И то верно, – невесело согласился он.
Утром я порадовалась тому, что захватила с собой из дома не только смену белья, но и чистую рубашку. Отгладив ее с помощью тяжеленного утюга, я оделась и отправилась в контору к Субботкину.
Он порывался заехать за мной, но я заверила, что справлюсь сама. Тем более что автобусная остановка находилась прямо у входа в гастроном.
Сегодня в отделении было многолюдно. Сотрудники сновали туда-сюда, у кабинетов сидели в ожидании своего часа посетители, миниатюрная уборщица в затертом фартуке ловко размахивала шваброй, увенчанной серой тряпкой не первой свежести.
– Татьяна, – радостно выпрыгнул со своего рабочего места Виктор, завидев меня на пороге.
– Как спала?
– Роскошно, – призналась я. – Глафира Дмитриевна знала толк в хорошей постели.
– Спала при этом по три-четыре часа в сутки, – усмехнулся Субботкин. – Все работа да работа…
– Это у вас в крови, – заметила я. – Есть новости?
– К сожалению, – развел он руками. – С тобой Анастасия хотела переговорить. Помнишь ее?
Эффектную высокую брюнетку со слишком дорогой, как мне тогда показалось, для следователя сумкой я помнила очень хорошо.
