Лестница была пуста: приглашенные давно распределились по особняку. Я вздохнула с облегчением, не хотелось вновь встречать моего нового знакомого. Оставалось надеяться, что он нашел себе новую компаньонку для игры в покер.
Внизу у бара о чем-то болтали три девицы в компании брюнета с длинными волосами, стянутыми в тугой хвост. Он стоял ко мне спиной, так что лица я не видела. Говорили лишь дамы, их спутник молчал, изредка кивая. Его силуэт и даже поворот головы вызвали во мне тревогу. Ничего утверждать я не могла и проверять, разумеется, не стала, но брюнет был очень похож на Ланса.
У выхода мне помогли одеться, и я, стараясь не оборачиваться, покинула особняк. Все тот же черный «Мерседес» доставил меня до дома, и вскоре я оказалась в постели.
День выдался чрезвычайно насыщенным, я была уверена, что быстро засну, но не тут-то было. Все впечатления от яркого праздника перебило одно. Кажется, на вечеринке был сам Ланс. Пришел туда развлечься или искал меня? Просто так к Гэтсби не попасть, значит, должен был разжиться приглашением.
Учитывая, что в особняке собирались самые неожиданные посетители, ничего удивительного не было в том, что Ланселот мог присутствовать в списке постоянных гостей.
Я пыталась вспомнить огни фейерверка и сосредоточиться на них; звук крутящейся рулетки и шарика, попадающего в сектор; карточный домик: хрупкий и невероятный; неизменно приятный разговор с хозяином дома. Но все меркло перед образом давнего приятеля. Злясь на себя, я натянула одеяло на голову и принялась считать овец.
Овцы перед глазами рисовались почему-то исключительно черные.
Утром я проснулась разбитой: сказывался недосып. Кроме того, я видела сны – тревожные, мрачные. Но картинки растворились в свете утра, и подробностей я не помнила. Сочтя это избавлением, я отправилась в кухню.
Чтобы как-то отвлечь себя от непрошеных мыслей, я начала планировать завтрашний день. В понедельник следовало выйти на работу. Только куда? Что еще я могу сделать в этом городе, чтобы узнать что-то о Ефременко? Опрашивать сотрудников вокзала? Только вряд ли они шастают по примыкающим улицам.
Немного поразмышляв, я решила направиться к переулку, в который свернула Аннушка в злополучную пятницу. Насколько я помнила, ничем примечательным он не отличался. Несколько жилых домов и старая аптека, давно признанная аварийной. Но все же следовало проверить.
Я доехала на автобусе до городского вокзала и прежде всего решила повторить путь Анны к переулку от выхода из здания.
