Однажды я выберу тебя

– Надеюсь, что ты счастлив, Сай. Правда.

– Но… В чем подвох?

– Никакого подвоха.

– Чушь. Я по глазам вижу. Вся та хрень, что рассказал Эдди, просто сбивает тебя с толку. Забудь обо всем.

– Не могу, – проговорил я.

Мы взглянули друг на друга, и тысячи мыслей и эмоций волнами разошлись по небольшому пространству между нами.

Плечи Сайласа поникли, он показался мне очень усталым. Вплоть до самой души.

– И что я должен сказать? – хрипло спросил он. – Чего ты от меня хочешь, Макс?

– Ничего. Разве что… не знаю.

– Не о чем рассказывать. Сколько еще повторять? Все кончено.

– Ничего не кончено, если тебя заставляют делать то, чего не хочешь. Если все еще поступаешь согласно чужой воле.

– Чего я хочу? Откуда, черт возьми, тебе знать об этом?

– Сайлас…

– Дело сделано, – проговорил он. – На Аляске, как и обещали, из меня сделали мужчину. Конец истории."

"– Тогда почему ты просто не выйдешь за дверь? – спросил я. – Отчего не скажешь, чтобы я не лез не в свое дело? Знаешь, почему? Да по той же причине, что привела тебя на собрание Анонимных наркоманов.

– Помощь? – почти прорычал он. – А как вообще можно помочь?

– Ты можешь мне рассказать. Выпустить наружу, и это больше не будет тебя отравлять. – Я втянул воздух. – Зачем тебя отправили в Чисану?

– Чтобы принять дисциплинарные меры. Я отбился от рук.

– Полный бред.

– Меня отправили в лагерь выживания.

– Тебя отправили на репаративную терапию.

Боже, слова оставили кислый привкус во рту.

– Нет, – проговорил он. – Это не… оно. Черт возьми, да ты не знаешь, о чем говоришь.

– Правда? Тогда скажи, что за половая перестройка личности. Почему, по словам Эдди, отец решил, что ты сбился с пути и запутался.

– Оставь меня в покое, – пробормотал Сайлас. Он двинулся к выходу из кабинета, но передумал и развернулся ко мне лицом. – Я знаю, о чем ты. Вижу, как ты на меня смотришь.

Я напрягся.

– Меня влечет к тебе, признаю. Прости, если так явно дал это понять. Но я беспокоюсь о тебе, Сай. И очень. Больше, чем следовало бы.

Взгляд Сайласа смягчился, и я почувствовал, что он хочет сменить тему.

– Не важно что я чувствую, – продолжал я. – Я не строю никаких скрытых планов. И ничего не хочу.