Одно небо на двоих

Но разве он против того, чтобы оставаться здесь подольше? Два противоречащих друг другу желания: чтобы Вирджиния поскорее поправилась и не улетать обратно в Дубай.

Вирджиния снова погрузилась в сон. Слабость ощущалась во всем теле, будто ее запрягали вместо лошадей и вспахивали поле. Болела каждая мышца, каждый миллиметр тела. Она мечтала встать с кровати и выйти из дома, но не могла даже открыть глаза – только слезы проникали сквозь опущенные ресницы. Не было сил их вытереть – кто-то делал это за нее. Нежно… Пальцем… Оставляя мокрые дорожки и шепча слова на арабском языке.

Молитва погружала ее в транс. Вирджиния уже слышала ее раньше, могла даже повторить все слова наизусть. В такой момент кажется, что находишься дома, среди самых родных.

– Я устала, – чуть слышно прошептала она.

– Я знаю, – его руки провели по ее волосам, – все будет хорошо, я тебе обещаю.

Саид съездил в Денпасар и привез врача. Пришлось долго ждать, когда тот закончит смену, но, слава Аллаху, доктор согласился. А ждать… он мог ждать вечность.

– Больные начинают выздоравливать – это хороший признак.

Врач осмотрел Вирджинию и удовлетворенно кивнул:

– Она поправляется. Пневмония вызывает слабость, по- этому ей всегда хочется спать. Но лекарства действуют. Думаю, завтра она уже встанет на ноги.

– Она на них уже стояла. Как видите, недолго, – нервничал Саид, и врач его понимал.

Дни тянулись мучительно долго. Вирджиния все чаще находилась в своей комнате и выходила только под вечер во двор. Она садилась на скамейку, сжимала края палантина у себя на груди и смотрела, как верхушки деревьев поглощают солнце.

Потом кашель заставлял ее возвращаться обратно в комнату.

Прошло еще три заката солнца. Саид потерялся во времени, но желания возвращаться в реальную жизнь не возникало. Самолеты по-прежнему не летали. Теперь он узнавал информацию у неба: прислушивался к звукам двигателей и смотрел в голубую даль, выискивая хоть один путный след. Но было тихо: ни одного самолета. В Денпасар ехать не хотелось.

Как и звонить отцу и выслушивать речи об авиакомпании и женитьбе. Все его мысли были заняты Вирджинией и ее здоровьем.

Они пересекались только вечером во дворе. Сидели в тишине, и закат говорил все за них. Иногда Саид приходил к ней в комнату, но девушка всегда просила его выйти. Он понимал ее: она грустила по дому, а он напоминал ей только о болезни.

Вечером Саид шел по берегу моря в гордом одиночестве. Теперь он гулял здесь и встречал закаты один.