Одно небо на двоих

Ей не хотелось грубить или перечить ему, напротив, хотелось узнать его лучше.

– Саид… – она не остановилась, но посмотрела на него, – почему ты стал пилотом?

Они шли вдоль берега, и легкий ветерок касался их своим дыханием. Он сто раз слышал этот вопрос от других пилотов, но никогда не отвечал на него честно. А этой девушке не захотел врать:

– Когда я был ребенком, отец часто брал меня с собой в офис. Я помню его кабинет до малейших деталей, помню Фрэнка с кипой бумаг. Взрослые разговоры меня мало интересовали, и я уходил в аэропорт.

Вставал у панорамного окна и любовался самолетами, идущими на посадку, экипажами, возвращающимися домой или идущими на рейс. Я даже любил запах аэропорта. Один арабский пилот втайне от отца брал меня на перрон осматривать «Боинг». – Саид остановился и посмотрел в сторону моря. Он никому и никогда не говорил такого. – Мой отец пытался приобщить меня к своей работе и, сам того не зная, влюбил в другую.

Вирджиния тоже остановилась, немного удивленная его ответом.

Она думала иначе про его выбор. Думала, что это очередное баловство богатого араба, который делает что хочет. Но на деле оказалось все гораздо серьезней.

– Твой отец недоволен твоим выбором? Но ведь это твоя жизнь, ты сам должен решать, как тебе жить…

– Это у вас так, – он перебил ее, – ты же знаешь наши правила и законы. Я обязан быть там, где мой отец, и принять его выбор. – Саид слегка улыбнулся ей и пошел дальше. – Как ты стала пилотом, я даже не буду спрашивать.

Вирджиния удивленно подняла брови.

Догнала его и повернулась к нему лицом. Он не остановился, но слегка сбавил шаг. Ей приходилось идти пятясь, но пока удавалось неплохо.

– Я тебе расскажу. Я всю жизнь провела в аэропорту: встречала папу, провожала его. Дома я слышала много интересных историй об увиденном в небе… – Она сложила ладони на груди. – Ты знаешь, каково это – родиться в семье, где все кругом соткано из неба?

– В моей семье все гораздо приземленней: отчеты и собрания. Чтобы давать работу семьям, у которых все «соткано из неба».

Вирджиния тоже остановилась, недовольно взглянув на него:

– Понятно, почему ты такой…

Она хотела сказать «бездушный», но вспомнила слова Иман: «Он принес тебя на руках». Значит, переживал. И он попросил забрать сына Милены к себе домой. Отправил экипаж в Дубай, а сам остался здесь. Саид не бездушный – он только прячется за этой маской. Случайная болезнь заставила ее снять, но сейчас он снова ее надел.

– Какой? – спросил он.