Одноклассники бывшими не бывают

Но во время ужина, ближе к десерту, я возобновила разговор:

— А если серьезно, тебе не скучно здесь со мной?

Соболев читал новости с телефона, время от времени отламывая вилкой кусок пирожного. Сегодня была пятница, но он доверил рабочие дела заместителю, чтобы отпустить меня погулять.

По его словам конец лета — мертвое время, он в зале особо не был нужен.

— Как с тобой может быть скучно? — отмахнулся он.

— Ну, у тебя на работе бурная ночная жизнь, а тут сплошное мещанство с чаем и котиками, — я тоже ковырнула вилкой пирожное.

Но воздушная «Павлова» с облаком белоснежного крема и яркими разноцветными ягодами была слишком прекрасна, чтобы ее разрушать.

Давно думала, кстати, сделать украшения в виде сладостей. Правда, тема заезженная, кто только в ней не отмечался, даже элитные бренды. Хотелось изобрести что-нибудь оригинальное, но пока в голову ничего не приходило.

— Да наелся я этой ночной жизнью, — рассмеялся Соболев. — Как вернулся из армии, понеслось: сначала концерты и гастроли, пьянки в рок-клубах, квартирники, которые заканчиваются под утро с падением последнего бойца.

Когда появились деньги, вечеринки стали отвязнее. Когда купил зал — гламурнее. Но к утру что квартирник панков, что афтепати звезд первой величины выглядят примерно одинаково.

— Ого… — уважительно протянула я. — Да ты опытный мужчина, я смотрю. Все пробовал, везде побывал. Прямо чувствую себя школьницей-скромницей.

— Не уверен, что попробовал вообще все! — он потянулся и поймал прямо в воздухе Писклю, которая научилась забираться на холодильник и неожиданно прыгать оттуда кому-нибудь на голову, что и попыталась продемонстрировать.

 — Но постепенно пришел к выводу, что не просыпаться утром от головной боли и боли в спине, ясно мыслить и общаться с теми, с кем хочется по-настоящему — это роскошь, которую мало кто себе может позволить. Одним не хватает денег, другим мозгов, а третьи успевают сообразить и заработать, но уже не дает здоровье.

— Как мало человеку надо — только солнце, вода и свежий воздух, как сказал миллионер, отдыхающий на яхте посреди Карибского моря? — фыркнула я.

Пискля лезла на стол с упорством белорусского партизана. Больше всего ее интересовала ягода ежевики на моем пирожном. Но я этот прикол уже знала — цапнет и закатит куда-нибудь под стол, есть все равно не будет.

— Позволить себе только то, что тебе полностью подходит — это очень дорого, — кивнул Соболев.