Одноклассники бывшими не бывают

Сейчас все хорошо — Пискля растет, распушается, ест все больше корма каждый день, надрессировала нас покупать ей древесный наполнитель для лотка, другого не признает.

Совсем не похожа на прежнего заморыша. Я даже жалею, что не сделала фото ее первых дней с нами. Было бы забавно сейчас сравнить — и еще разок через год. Возвращаясь домой, я подозрительно оглядываю окрестности в поисках бело-рыжих котов и кошек.

Что я буду делать, когда найду? Не знаю. Не алименты же требовать!

Вынести Писклю познакомиться: «Знаешь, пришло время сказать, что я не твоя настоящая мама!»

Я настолько привыкла к тому, что Илья живет со мной, что даже съездила на день рождения к подруге, оставив его на хозяйстве с кошечкой.

Отлично посидела в баре, выпила пару коктейлей, но от продолжения отказалась, хотя меня уговаривали:

— У тебя же дома дети не плачут! Вон у Таньки плачут, а он все равно с нами!

Танька отмахивалась:

— Поэтому я и с вами! Надо же хоть иногда от них отдыхать, пусть муж помучается с этим вечным: «Я покакала! А я сломал кран! Аааааа, где мое одеяльце!»

Я вежливо улыбнулась, но все равно вызвала такси и поехала домой.

Туда, где меня снова кто-то ждал.

Наверное, надо было потерять это ощущение, чтобы снова научиться его ценить.

«Ты где?» — пиликнул телефон.

«В пяти минутах от дома» — написала я, глядя на окна своей квартиры. Хотелось еще немного постоять так, наслаждаясь спокойным теплым счастьем и предвкушением встречи.

И одновременно на кухне зажегся свет. Мелькнул силуэт Соболева, открылся-закрылся холодильник.

О чем мне еще мечтать, если у меня на кухне готовит ужин мужчина, не забывавший меня больше десятка лет?

— Эй, у тебя своего дома нет, что ли? — я поднялась на цыпочки и чмокнула Илью в губы, когда он вышел встречать меня в прихожей. — Как ни приду, ты все тут! Так и привыкнуть недолго.

— Есть, но там нет тебя, я проверял. И Пискли тоже. Так что привыкай, привыкай… — серьезно ответил он.

— Понравилась, но там нет тебя!

Пискля выбежала с деловым видом и вопросительно сказала:

— И тебя тоже нет, — заверила я ее. — Никто не держит в барах маленьких котяток. Может, я бы чаще туда ходила.

— Очень зря не держат, — согласился Соболев.

Но Пискля, проигнорировав нас, посеменила на кухню. Больше ее ничего не интересовало. Работать в баре она не планировала, ее и тут неплохо кормили.