Одноклассники бывшими не бывают

 — А-а-а-а-а!!! Настоящий! Там будет и «Доктор Кто», и «Марвел», и Человек-паук?! Да?!

— «Марвел» включает в себя Человека-паука, — поправил Илья, стаскивая сына со своей шеи. — Но да, там будет все, что ты любишь или успеешь полюбить до лета.

— Обалдеть! Спасибо! — и Матвей унесся в свою комнату, хвастаться друзьям в сети.

— Он давно мечтал, — Соболев смущенно пожал плечами в ответ на мой взгляд. — Я собирался его этим купить, чтобы познакомить с тобой, но раз не пригодилось, подарил просто так.

Я заняла освобожденную Мотькой шею и нежно поцеловала его в губы.

— А мы так и не успели купить тебе ничего… Прости.

— Ну как… — он снова потянулся под елку и достал конверт с алым бантиком. — Вот мой подарок. То есть, твой. То есть, твой мне. Дари.

Нахмурившись, я взяла конверт, повертела его в руках, не понимая, что делать — открывать? Вручать? Что за странная манера? Растерянно посмотрела на Илью. Он подбадривающе кивнул, и я дернула клапан.

Оттуда выпал простой листик, распечатанный на принтере.

— Что это? — я смотрела на наши имена на нем, на даты, на цифры номера паспорта, но почему-то целиком картинка не складывалась.

— Билеты в Париж, разумеется, — скучающим тоном сказал Соболев. — Ты ведь задолжала мне романтический ужин с видом на Эйфелеву башню.

— Я задолжала? — обалдела я от такой наглости.

— Ну или Пискля, тут сложно сказать, — серьезно кивнул он. — Пусть будет подарок от вас обеих.

— Ох… — я еще раз сверила даты.

— Чего тянуть? Надеюсь, в этот раз нам под ноги не кинется какое-нибудь несчастное создание, которого непременно нужно спасти.

— А Мотька? И другая Мотька? — я беспомощно посмотрела на наглую бело-рыжую кошку, которая устроилась в густых ветвях ели, сверкая оттуда зелеными глазами.

— Останется тут с разрешением приглашать гостей, — Илья притянул меня к себе, укладывая головой на колени и склоняясь, чтобы коснуться губ. — Мои родители обещали присмотреть.

— А работа? — мне все еще не верилось в такое счастье.

— Заместитель отлично справляется, повышу ему зарплату… — он склонился еще ниже, и ладонь забралась под край свитера. Пальцы оказались горячими, касания — расслабляющими, а сопутствующие поцелуи — головокружительно сладкими, со вкусом праздника, сбывшихся желаний и чистой, яркой, пронзительной мечты.

— Эй, вы что, прямо тут собираетесь валяться? — раздался голос от дверей.