Одноклассники бывшими не бывают

Эй, сделайте погромче!

Лимузин мчался по улицам, почти не притормаживая, лишь иногда закладывая излишне крутые для своих размеров повороты. Как и где водитель умудрялся найти настолько свободные дороги в этом городе пробок и светофоров — загадка. Но, видимо, он был настоящим профессионалом.

Остальные тоже стали дарить Наташке свои подарки, но как-то по ее лицу было видно, что ни сертификаты в магазины, ни кошельки, ни наборы кремов ее не радуют так, как моя сирень. Она все время пальцами поглаживала вдетые в уши серьги и бросала быстрый взгляд на кольцо.

Мне было приятно, что там скрывать.

Отметились все, остался только Соболев, который сказал:

— Будет еще сюрприз под конец вечера, а пока…

— Какой сюрприз, Илюха! — Наташка уже изрядно выпила и наносные тонкие манеры сползли с нее, открывая простую натуру, знакомую нам по школьным годам. — Ты уже и так для меня столько сделал!

Она наклонилась к нему и звонко чмокнула в щеку.

Хотела было остаться рядом, но места вокруг были заняты, а «Хаммер» в очередной раз вильнул задом, причем довольно резковато.

Наташка чуть не упала, но схватилась за шест для стриптиза.

— Будет еще сюрприз, — повторил Илья. — А пока маленькое дополнение к подаркам.

Дверь лимузина открылась и внутрь начал протискиваться огромный букет белых роз.

Действительно огромный. Невероятно огромный, учитывая, что проем двери у «Хаммера» был тоже побольше, чем в обычных лимузинах.

Просто гигантский букет!

Он лез и лез, и все не кончался, перегородив собой, кажется, проход полностью.

— Илья Дмитриевич, заберете? — раздался из-под него чей-то полузадушенный голос.

Соболев подскочил, помог букету влезть окончательно — и следом появился мужик в темно-синей форме с золотыми пуговицами и фуражке.

— Да, спасибо, — Илья быстро сунул в ладонь мужику чаевые и дверь захлопнулась. Лимузин снова отправился в дорогу, на этот раз с филиалом цветочного магазина внутри.

— Это… твой сюрприз? — спросила потрясенная Наташка.

— Нет, это пока только цветы. Нельзя же в день рожденья без цветов, — пояснил Илья.

Слава богу, розы почти не пахли, только немного влагой и свежестью, иначе мы бы все тут задохнулись. Но ошеломляли своим количеством и без этого.

— Сколько их тут? — поинтересовался Першин, и в голосе явно слышалась досада. Видимо, он уже пытался впечатлять свою творческую жену миллионом алых роз, но не дотянул.

— Хочешь — посчитай, — усмехнулся Илья.

А я вспомнила тот его букет из сотни роз, что он принес Варе на выпускной.