Одноклассники бывшими не бывают

Она извивалась вокруг шеста, терлась об него, приседала и вставала обратно, закручиваясь всем телом, делала волну и даже попыталась уцепиться руками и крутануться вокруг, но ладони сорвались. Стало понятно, что обучалась она совсем не олимпийскому виду спорта…

Она проделывала с шестом такие вещи, что мне хотелось покраснеть и отвернуться.

Один раз даже лизнула его. Я скривилась, но потом вспомнила, что машину дезинфицируют.

Впрочем, кривиться хотелось не только от этого. Чтобы напомнить, что танец вообще-то не для нас — а то Денисов уже пару раз виноградину мимо рта пронес — Наташка наконец отпустила многострадальный шест и переместилась к Соболеву.

Я слегка отодвинулась. Потом отодвинулась сильнее. Потом пришлось пересесть, потому что она встала на колени по бокам от его бедер и лэпдэнс потихоньку стал переходить во что-то совсем неприличное.

Его руки сжимали ее бедра.

Слишком близко от меня, но даже в бесконечно длинном лимузине было сложно куда-нибудь деться, чтобы этого не видеть.

Я чувствовала острое разочарование и тошноту. От радости не осталось и следа.

Все-таки я успела засчитать его своим и, хотя изначально не собиралась продолжать эту историю, все равно в сердце растекался яд, отравляя кровь.

Это все любопытство мое.

Ну что, зато убедилась, что Наташка была все-таки права — запал! Непонятно только нафига он спал со мной. Но, может быть, это как раз в логике ярмарки тщеславия — бывший неудачник играет плейбоя.

Илья легко поднялся, удерживая Наташку за… ну, за что пришлось — за то и держал. Мелодия как раз закончилась, и он, склонившись, что-то сказал Морозову.

А потом развернулся, подхватывая одной рукой даму, а другой микрофон:

— Караоке так караоке. Я тогда тоже спою.

Наташка все-таки встала на ножки, но продолжала виснуть на Соболеве так, словно без него подломится и упадет. А он продолжал ее небрежно обнимать за талию.

Я была бы рада на это все не смотреть, даже попыталась отвлечься на Оленьку, которая демонстрировала паре одноклассниц фотки своих детей на планшете. Но мой взгляд раз за разом возвращался к зажигательной парочке как намагниченный. Само собой выхватывались кадры-вспышки: его рука, сползшая с талии пониже, ее ярко-накрашенные губы у его уха, выпрыгивающая из декольте грудь, трущаяся о черную рубашку.