Одуванчик в тёмном саду

Кровь продолжала капать у меня из носу, а может, и из глаз — схватившись непослушными деревянными руками за лицо, я размазала ее так, что теперь было не разобрать, что именно кровоточит.

В ушах звенело, тошнило и одновременно дико хотелось пить, меня трясло так сильно, что любые попытки вызвать хотя бы домовенка были заранее обречены на провал. Выстучать сложный ритм призыва я не могла.

Надо позвать на помощь… Надо… выбраться хотя бы на террасу, чтобы меня увидел кто-нибудь.

Медленно, хватаясь окровавленными руками за стену, я доползла до выхода.

Там кто-то есть… в коридоре… Я чувствую… или просто слышу шаги, легкие, девичьи. Какими бы ни были вредными соседки, они, как минимум, поднимут крик, увидев такой ужастик.

— Пресветлые! Леди? Леди Диндениэль, что с вами? Вы можете убрать паутину? Леди? Леди! Я не смогу вам помочь, я не могу войти!

Голос знакомый, и в нем испуг, жалость, сочувствие… Я помню эту девочку. Она всегда держалась в стороне от остальных, тихая и скромная, никогда не участвовала в общих посиделках девчонок.

Даже в столовой держалась незаметной мышкой, быстро ела и уходила. Но со мной несколько раз заговаривала, что-то спрашивала на музыкальном занятии… Ее зовут… ее зовут… Аина…

Последним усилием воли я дотянулась до серебристой метки на дверном косяке. Ну вот, и здесь кровью все заляпала… Зато мне не дали упасть прямо у порога.

Аина оказалась неожиданно сильной девушкой. Она подхватила меня и даже вытянула в коридор, к самым перилам, прислонила к ним.

Твердое дерево довольно чувствительно впилось в поясницу… воздух… свежий… как хорошо… Только сейчас я заметила, что уже поздний вечер. А на этаже пусто — наверное, все ужинают…

— Спасибо… — просипела я и уже хотела попросить, чтобы девочка оставила меня здесь, а сама позвала кого-нибудь на помощь. Я буквально кожей ощущала идущее от нее доброжелательное сочувствие и легкий испуг.

Но сказать я не успела. Ничего не успела, даже закричать.

— Наслаждайся… темная тварь! — все те же сильные руки, пользуясь тем, что я не могу сопротивляться, подхватили меня под колени и просто перекинули мое тело через перила. Сочувствие, это проклятое сочувствие мокрой простынею облепило меня со всех сторон, сжимая, перехватывая дыхание, не давая закричать.

Вот и все… ветер рванул за полы халата, бросил волосы в лицо… Безумие полета в темноту, я знаю, чем оно кончится.