Одуванчик в тёмном саду

Даже не столько виноватый, сколько обеспокоенный и нервный. Оказывается, утром в гости к повелителю прибыла его старшая сестра с дочерью и свитой.

Хм… ну сестра и сестра, вот только я уже научилась разделять то, о чем паучок ментально говорит, и то, что он при этом про себя думает. Так вот, думал паучок исключительно о том, что приехала большая головная боль для всех, включая Властелина. А если прислушаться еще внимательнее, то там было даже легкое ехидство по поводу одного остроухого индивида, которого… хи! Хи-хи, Илуватор-то наш, оказывается, популярен у женщин! Я только не разобрала, кто именно на него претендует — то ли сестра повелителя, то ли племянница.

Но это заботы гебешника, а вот мне опять предстоит переезд. Причем на этот раз не просто в гарем, в свою комнату, а в отдельный дом на темной стороне.

Н-да… не знаю даже, как к этому отнестись. С одной стороны, кому много дано, с того много спросится, а я тут вроде как старалась не выделяться. С другой стороны, не выделяться у меня получалось все равно плохо.

Вчерашняя ночь вдруг встала перед глазами, и я впервые в этом мире по-настоящему испугалась. До дрожи, до киселя в коленках, до холодной испарины.

Причем непонятно, что именно меня напугало сильнее всего. Смерть? Нет. Я уже умирала и как-то даже слегка разочаровалась в этой процедуре. Боль? Да, боли я боюсь… Но если бы меня вчера просто скинули на каменные плиты двора, я все равно не успела бы ничего почувствовать.

Да, именно это! Странно, но чужая и такая наглядно-некрасивая смерть напугала меня гораздо больше своей собственной. Ощущение сказки и легкого сна разбились вместе с несчастной убийцей.

Ну что же… надо жить дальше. А значит, берем свой страх, разбиваем его на кусочки и смотрим, из чего он состоит. И с каждым фрагментом договариваемся по-отдельности, а потом мысленно вешаем этот “договор” на стену, как диплом.

Если сосредоточенно мучить мозг этой психологической гимнастикой, извилины потихоньку начинают шевелиться живее, а гормоны тем временем приходят в норму. Глядишь, уже и сердце вернулось из пяток в грудную клетку, и желудок успокоился и не трепыхается… уф!

Похоже, мой страх и то, как я с ним справилась, произвели на паука-секретаря впечатление. Во всяком случае, рассматривал он меня теперь с искренним интересом и даже уважением.