Одуванчик в тёмном саду

— Ты у меня просто сокровище!

А ничего, что меня уже открыто целуют, чуть ли не на глазах у всего высшего общества? Нет, мне как раз очень нравится. Главное, чтобы общество не сразу вымерло от потрясения.

Общество оказалось живучее. Когда Виланд проводил меня “туда, где взял” и галантно поблагодарил за танец, окружающие эльфы, хотя и молчали, но делали это на редкость выразительно.

Илуватор задержался, провожая свою даму к родственникам, и мне срочно пришлось сооружать такое же невозмутимое выражение лица, как у него, чтобы не кривиться от множества самых разных эмоций, прошибающих мои щиты навылет.

Чего тут только не было… и при этом ничего хорошего. Только мама Илуватора смотрела как-то задумчиво и вроде бы понимающе. То на меня, то на сыночку в вампирской клумбе. Мне даже показалось, что в какой-то момент она мне подмигнула. Хотя, может, это просто от переутомления. Кстати, Ил утром сказал, наконец, как ее зовут, и я на удивление сразу запомнила. Мэриэль — красивое имя.

А вот папочка… Мармелад, его кантату… хорошо, что мне уже не надо заучивать это неудобоваримое нечто.

Так вот, папаша подобрался вплотную почти сразу, как только ушел Виланд.

— Поздравляю, Высокая Леди Диндэниэль! Не каждой эльфийке выпадает счастье стоять у истоков нового рода!

Хм, вроде бы слова уместные, но почему меня так и тянет отдернуть руку, которую лобызает этот скользкий товарищ? Губы у него холодные, как у лягушки, а еще он чем-то странно звякнул, словно колокольчик на пол уронил.

Возможно, мне стоило насторожиться, но я пока так и не привыкла, что любое проявление магии в этом мире для меня всегда сопровождается каким-нибудь музыкальным звучанием.

А тут… то ли звякнуло, то ли нет, рука на месте, следов на ней не видно и не чувствется, кольцо тоже на месте. Вытерла украдкой тыльную сторону ладони платком и забыла. К тому же противный мармелад никак особо не отличался по эмоциям от всех остальных эльфов. Надутые снобы.

— Очень жаль, что вы не станете нашей невесткой, но я надеюсь, что названная сестра нашего сына все же примет его родителей в свой ближний круг.

Уф, слава богу, отошел. В ближний круг, ага… тебя в него сын родной не пускает, а я тем более не намерена. Вот маму — всегда пожалуйста. Тем более, это теперь не моя потенциальная свекровь, а Клариссина, я же имею полное право просто подружиться.

Следующие два или три часа я танцевала. Сначала с рыжим рогатым троллем, тем самым, что подмигивал мне на охоте. Веселый оказался мужик, и очень воспитанный.