💎Офень флая федьма

— Вы меня простите, Маргарита, — повинилась, чтобы не начинать войну. С беспринципным противником, для которого все средства хороши, это заведомо проигрышное дело. — Прихворнула я немного. Потому и встретить вас не смогла чин по чину. Да вы и не предупредили, что приедете.

— Может, мне еще и разрешения у тебя просить, чтобы в дом собственного сыночка погостить приехать? — женщина прищурилась и поджала губы, и без того тонкие такие, что и не видать.

Ой, какое нехорошее слово «погостить». Оно ж подразумевает остаться на… Совсем нехорошо.

— Дом-то Марьянин, — пробормотал Кондратий.

— Что? — испепеляющий взор свекрови обратился на него.

Давно пора бы повесить на видное место правила пожарной безопасности! А то зыркают тут всякие так, что того и гляди полыхнет!

— Вы, наверное, по внукам соскучились? — торопливо «встряла» в разговор с любимой темой всех бабушек на свете. — Давайте, мы их позовем?

— Зачем? — Маргарита недоуменно уставилась на меня.

Ну да, логичный вопрос. На черта ей сдались внуки, это же одни расходы.

— Чтобы вы своим любимым внучаткам подарки подарили, зачем же еще? — снова высунулся ехидный вековушка. — К груди их своей прижали, рассказали, как соскучились. Ааай! — с обидой посмотрел на меня, наступившую ему на ногу. — Ты чего, ведьма, косолапым медведем, что ль, заделалась?

— Язвить, стало быть, изволите? — лицо свекрови пошло бурыми пятнами. — Потешаетесь, гнусы?

Может, обидится и отбудет домой, слуг доставать да пятому мужу, богатому торговцу тканями, плешь проедать? Мысль трусливой мышкой-норушкой пробежалась в голове, щекоча извилины лапками.

— Да я вот вас сейчас проучу! — мегера подняла трость, нацелилась набалдашником в Кондратия.

Тот налился черным светом. Набалдашник, не вековушка. Хотя и он тоже цвет поменял, как хамелеон — побледнев мигом. Еще бы, любой станет как накрахмаленная простынка, когда такая злыдня решит тебя испепелить.

— Ай-яй-яюшки! — запричитал бедолага. — Не поминайте лихом! Лапти мои завещаю…

— Не смейте! — вскричала я, закрыв друга собой и отбив черный шар, что сорвался с трости, магией.

Сгусток булькающего, как горшок с густой похлебкой, огня отлетел в сторону, снес ширму и угодил аккурат в чугунную ванну, что мирно дремала, полная достоинства и воды с маслами да целебными ароматными солями. Та удивленно вздрогнула и ретивым скакуном, которого в зад куснул сам медведь-шатун-шалун, лихо стартанула, расплескав половину содержимого.