Сталин внимательно посмотрел в глаза девушке, которую видел еще совсем маленькой, и уже хотел мягко отказать, когда вдруг какая-то дикая, шальная мысль проскочила, словно молния, у него в голове. Иосиф Виссарионович вдруг подумал, что уже давно все выверяет и выстраивает каждый свой шаг, словно на минном поле, и что в той, уже не состоявшейся истории ни к чему хорошему не привело. Ни друзей, ни нормального дома… А что такое дом для горца?
— У меня есть встречное предложение. — Глаза Сталина потеплели. — Говорят, выпустили новую комедию, «Кавказская пленница», с Серовой и Райкиным.
А потом можно зайти поужинать. Как тебе такой план?
— Отлично, товарищ верховный главнокомандующий. — Евгения нетерпеливо переступила ногами. — Может, тогда прямо сейчас сбежим?
Уже покидавшую Кремль парочку нагнал Власик.
— Товарищ Сталин! — Он укоризненно посмотрел на вождя и перевел взгляд на Кострикову. — А вы, товарищ майор! Никакого представления о дисциплине!"
"— Спокойно, товарищ Власик. — Сталин с улыбкой посмотрел на начальника своей охраны.
— Сегодня товарищ Кострикова будет меня охранять.
Власик уже хотел сказать что-то, но когда посмотрел в глаза Сталина, сдулся и перевел взгляд на Женю.
— Оружие есть? — Он полез в карман, но в руках Евгении, словно из воздуха, материализовался «Маузер HS» с коротким набалдашником глушителя.
— Вот, товарищ генерал-лейтенант.
— А-а-а… — Власик кивнул и вздохнул. — Вас, новиковцев, не переделаешь. Даже на награждение со стволами.
Он махнул рукой и пошел по коридору.
Охрана дальнего радиуса бдила, и облако телохранителей двигалось вокруг чинно прогуливавшейся парочки, изображая из себя прохожих, продавцов и прочий московский люд. Построенный к четырнадцатой годовщине Великого Октября в Доме на Набережной кинотеатр «Ударник» встретил их гомоном и толкотней выходного дня. Женя уже представила себе, как они будут стоять в очереди за билетами, когда вдруг возникла некая суета, и выскочивший из здания мужчина, представившийся директором кинотеатра Вартановым, проводил их в небольшую ложу с уютными кожаными диванами и тактично испарился.
Фильм, переснятый по сценарию 1966-го года, но с новыми актерами, получился не хуже и зрители смеялись в тех же местах и точно так же восхищенно вздыхали, когда активистка, комсомолка и спортсменка в исполнении Валентины Серовой демонстрировала подтянутую фигурку. Аркадий Райкин, исполнявший роль Шурика, тоже выкладывался на всю катушку, и хохот в зале не стихал до последних кадров.
