Взамен Тепляна выделила ей свою старую исподку, Милорада дала овчину, в которой Велем проделал дырку для головы, а Велеська снабдила куском тесьмы собственного изготовления, кривоватой и неказистой, но вполне пригодной в качестве пояска. В словенской одежде, с куском полотна на голове, под которым спрятались короткие волосы, с замкнутым, скорбным и немного растерянным выражением лица она и впрямь напоминала теперь молодую вдову.
— Ну, значит, ее бог о ней все же позаботился, — заметил Вестмар, найдя глазами свою бывшую собственность.
— Это мать о ней позаботилась, — пробормотал Велем и подумал, что без трав и заговоров Милорады чужеземка была бы давно мертва. Эта мысль успокоила его: не похоже, чтобы нынешняя участь этих женщин занимала бога. И если ей хватит сил, то пусть уходит со всеми, а не то попадет в руки викингов еще раз.
Один раз семейству Домагостя уже приходилось бежать из Ладоги, спасаясь от набега, и по дороге ночевать в лесу. Дивляне тогда было всего три или четыре года, и она совсем не понимала опасности.
С того случая она запомнила только, как рано утром бегала по зеленой траве возле шатра и визжала, оттого что роса обжигала влажным холодом босые ноги, как измазала руки о закопченный бок огромного котла, в котором могла бы тогда поместиться целиком, и как потом Молчана отмывала ее в реке, куда пришлось спускаться по крутому, заросшему кустами склону. Девочка тогда и не задумывалась, отчего это мать и все остальные вздумали пожить немного в лесу, и ее ничуть не огорчало, что в шатре так холодно и жестко спать… И теперь она собиралась скорее с любопытством, чем со страхом.
Огорошило ее только то, что Милорада, как оказалось, не собиралась ехать со всеми.
— А Никаню я как брошу? — Мать развела руками. Испокон века свекровь — первая повитуха при молодой невестке, а родная мать Доброни давно умерла. Милорада, заменившая мать растущим пасынкам, никак не могла пропустить появление на свет первого внука своего мужа.
— Ничего, справимся. Вы с Войнятой не пропадете, а мы, даст Макошь, тоже как-нибудь тут…
Она вздохнула и заправила под повой выбившуюся прядь. Несмотря на то что у нее было уже трое взрослых детей, Милорада оставалась такой красивой и бодрой, что гости на возрасте заглядывались бы и на нее, — если бы не опасались разгневать хозяина."
"— Тогда и я останусь! — заявила Дивляна. Она и сама в суматохе сборов не раз думала, как же везти с собой Никаню.
