Огнем и броней

Сил не было даже на то, чтобы поблагодарить Господа за чудесное спасение. Совсем рядом темной стеной стоял тропический лес, наполненный характерным шумом и живущий своей жизнью.

Неожиданно до Саэнса донеслась испанская речь.

– Только что был живой. Эй, приятель, с тобой все в порядке? Не бойся, мы свои!

Саэнс с трудом сел и облегченно перевел дух. Слава Господу, он не один в этой глухомани. Кто-то еще спасся.

– Сеньоры, где вы? Помогите мне встать.

Из джунглей вышли четыре фигуры, и тут как раз из-за туч выглянула луна.

Саэнс в ужасе замер. Это были не испанские солдаты или матросы. Это были… Он даже не смог подобрать сравнения. Как будто черти вылезли из преисподней. Между тем, черти спокойно подошли к нему и легко поставили на ноги.

– О, ты смотри, офицер! Идти можешь? Вот, хлеб ни пока.

Один из подошедших протянул Саэнсу флягу, но тот, взбешенный таким фамильярным обращением, попытался ударить говорившего, уже поняв, что никакие это не черти. И в мгновение ока оказался на песке с заломленными руками.

– Ишь, какой шустрый! А может, грохнем его прямо здесь? Все равно, их там много утонуло. Одним больше, одним меньше.

– Командир просил хоть одного живого офицера выловить, а этот первый попался, больше пока никого нет. А грохнуть его и потом можно будет.

До Саэнса наконец-то дошло, что к экипажу «Сан-Аугустина» эти люди не имеют никакого отношения, но привычная спесь не позволила молчать.

– Что вы себе позволяете, канальи?! Я вас всех повешу!!! Я капитан Хуан Франсиско Саэнс, командир фрегата «Сан Аугустин»!!!

– Ты смотри, «оно» еще и ругается!

– А-а-а, так это из-за тебя, придурок, столько народу погибло! На что ты надеялся, идиот, связываясь с немецким крейсером? Ведь для него твое парусное деревянное корыто – мишень для учебных стрельб, не больше!

До Саэнса даже не сразу дошло, что схватившие его люди подозрительно о многом информированы, попытался снова бузить, но ему связали руки, больно ткнули чем-то под ребра и погнали в лес.

К счастью, идти пришлось недалеко, и вскоре он предстал перед человеком в такой же странной одежде. Один из конвоиров что-то сказал на незнакомом языке и, получив такой же непонятный ответ, развязал руки Саэнсу, после чего все четверо снова исчезли в лесу, не издав ни звука. Человек напротив с интересом рассматривал Саэнса и наконец обратился к нему на испанском, выдававшем в нем уроженца Нового Света.