Огнем и броней

– Прошу извинить моих людей, сеньор Саэнс, но они привыкли иметь дело только с врагом, а с врагом не церемонятся…

– Кто вы такой, разрази вас всех дьявол?! И что все это значит?!

– Это значит, что вы оказались в неподходящий момент в неподходящем месте. А кто я такой? Мое имя вам ничего не скажет.

– И все же? Вы офицер? Дворянин? Я требую примерно наказать этих мерзавцев, посмевших поднять руку на офицера!!!

– Да, я офицер и дворянин. Можете называть меня Тунгус. Что же касается «наказать этих мерзавцев», то вы должны быть благодарны им за то, что остались целы, подняв на них руку.

У военного разведчика действует защитный рефлекс на внезапно возникшую опасность. И он устранит угрозу независимо от того, от кого она исходит. Это настоящие ангелы смерти, сеньор Саэнс. Мы специально сделали их такими. Потому что иначе в тылу врага не выжить. Считайте, что сегодня вы второй раз родились на свет.

– Но все-таки, кто же вы?!

– Военная разведка Тринидада.

У бывшего командира «Сан-Аугустина» подкосились ноги, и он чуть было не сел на землю прямо там, где стоял.

Тунгус насмешливо смотрел на мгновенно «сдувшегося» спесивого вельможу. А после этого произнес несколько слов на незнакомом языке, и из лесной чащи вынырнули еще два «леших». Перейдя снова на испанский, командир тринидадских разведчиков обратился к Саэнсу.

– Не волнуйтесь, сеньор Саэнс, для вас уже нет никакой опасности. Сейчас мои люди проводят вас в место, где находятся другие спасшиеся с «Сан-Аугустина». К сожалению, их немного.

Но может быть, еще кто выплывет, мы наблюдаем за побережьем.

– Но что вы здесь делаете, сеньор Тунгус?! Как вы оказались в этой глухомани?!

– Преследуем наших врагов, сеньор Саэнс. Они сбежали от нас после того, как напали на Тринидад и получили по морде, и мы им этого не простим. Поэтому «Карлсруэ» либо будет наш, либо мы его утопим.

– Но почему вы не сообщили нам об этом раньше?! Ведь мы могли объединить наши силы!!!

– Потому что мы не самоубийцы и не собираемся понапрасну терять своих людей.

Вы уже смогли убедиться, что «Карлсруэ» – очень серьезный противник. Даже для нас. Если бы нам надо было его просто утопить, то мы бы давно это сделали. Но мы хотим захватить этот ценный трофей, причем в наименее попорченном виде. Вот и приходится идти на различные ухищрения. А вы появились в самый неподходящий момент и испортили нам всю игру. «Карлсруэ» сейчас гудит, как потревоженный улей, германцы еще долго не успокоятся.