Кошка на удивление молчала, что странно для такой болтушки, как она.
– Что происходит? – спросил шепотом его величество.
– То, что вытащило тебя с того света, – ответил ему так же тихо. – Не волнуйся, все равно его ждет казнь, – указал взглядом на замкового стража, – так пусть хоть какую-то пользу принесет."
"Киран не стал больше ничего спрашивать, смотря во все глаза на действия Арвены. А ведьма, к слову, не собиралась медлить.
Игриво подмигнув одному из моих парней, что стоял к ней ближе всего, она сжала запястье стражника, касаясь другой рукой бесчувственного пленника.
Ее не смущало то, что все смотрят. Арвена просто делала свое дело – спасала тех, кто нуждался в этом.
«Пусть ты и ведьма, – говорил ей мысленно, наблюдая, как замковый страж захрипел, выгибаясь дугой, – но, судя по всему, не так уж и плоха, какой кажешься на первый взгляд…»
30. Какого черта ты делаешь?
Арвена
Знала, что потрачу много сил на исцеление заключенных мужчин и женщин, но другого выбора у меня не было. Я не могла их бросить.
Если изначально немного напрягало, что за мной пристально наблюдают, то потом, когда я ухватилась за жизненную нить замкового стража, болезненный хрип которого приятно ласкал слух, нервозность и волнение отошли на задний план.
Я делала свое дело, радуясь, что те, кто едва мог дышать, приходят в себя, смотря с нотками страха и благоговения.
Парни Кайя были рядом. По одному мановению руки они помогали исцеленным подняться, отводя их в сторону, чтобы не отвлекать меня.
Не знала, чего ждать дальше после того, что увидел король.
Прогонит? Не хотелось бы, конечно, но что уж теперь. Я не стану умолять и напрашиваться. Он вроде не глупый и должен понимать, что со мной и Наамой ему будет море по колено.
Как оказалось, моя душа не рвалась в прежний мир. Почему и что стало причиной этому? Ответ был ясен, но я не хотела думать о нем, как и признавать.
С самого начала я затеяла неверную игру, испортив отношения с Кайем, и как теперь быть…
«Да к черту! – взбунтовалась ведьмовская сущность.
– Я никогда ни за кем не бегала! И уж точно не стану! Не нравлюсь ему?! И пусть! Его право!»
Во мне говорила гордость, это бесспорно, но я не могла ее заглушить. Внезапно навалилось осознание, что мне нравится этот мужчина. Вечно хмурый и сосредоточенный, строгий и принципиальный. Его колючий взгляд затрагивал ведьмовскую душу, чего раньше не случалось, а слова достигали цели, пусть я и не подавала виду. Кай словно мороженное… Такой сладкий, но одновременно холодный.
