Огненный воздух

Правда, сплошной линии не было, да и словаки не лезли из кожи вон, выполняя приказы. Их посты были похожи скорее на группу людей, выехавших на пикник за город и ожидающих, когда же привезут продукты и вино. Они стояли и сидели, уныло поглядывая то по сторонам, то на часы. К обеду удалось проложить тропу до самого самолета. Грязные и мокрые рабочие, закуривая, уселись отдыхать, а группа немцев добралась до самолета и принялась что-то там обсуждать. Шелестов ждал. Сейчас самое главное понять, что затеяли немцы, каков их план.

Не понимая их намерений, планировать свою собственную операцию нельзя.

К вечеру подошли два бронетранспортера и около роты немцев. Они перекрыли подходы со стороны дороги по гатям. Рабочие потянулись в город: кто на велосипедах, за кем-то пришел старенький грузовичок. Сосновский с группой рабочих под руководством Бицека тоже двинулся на велосипеде в город. Ближе к сумеркам Михаил, низко пригибаясь, добрался до места в кустах, где лежал Шелестов и появившийся час назад Буторин.

Известий от Когана пока не было, но подпольщики сказали, что никакого шума и стрельбы не наблюдалось. Кажется, оснований для беспокойства пока не было.

– Уф, наработался я сегодня так, как с юности не работал, – с шумом выдохнул Сосновский и опустился на расстеленный брезент.

– Выглядел ты колоритно, – усмехнулся Шелестов. – Там среди рабочих агентов гестапо не заметил? Не приглядывался к тебе никто? Разговоров затеять не пробовали?

– Да я работал в той группе, что Оскар привел.

А там все свои. Да мы и договорились сразу, что будем работать молча. Распределили обязанности и делали все без особых разговоров. Так сказать, бригада молчунов!

– Немцы, надеюсь, не молчали? – спросил Буторин. – С толком поработал?

– С толком. – Сосновский взял фляжку, открутил крышку и припал к горлышку. Напившись, он вытер рукавом рот и продолжил: – Торопиться нам надо, ребята. Немцы решили вытаскивать самолет. Не уверен, что у них получится вытащить его целиком, может, будут извлекать по частям.

Например, срежут крылья и демонтируют двигатели. Но в любом случае эта работа не на один час, да и не на один день. Там среди них был летчик, я думаю, что тот самый пилот, который на самолете в день падения и летел. Он говорил про приборы в кабине и систему питания двигателей. Это хозяйство, я так понял, они тоже не хотят оставлять.

– Кто там командует? – спросил Шелестов.

– Какой-то штандартенфюрер.