Огненный воздух

Вот!

«Уф, – мысленно Сосновский выдохнул облегченно, потому что история получилась правдивой и немного романтичной, но отдавала она все же сюжетом дешевого авантюрного романа. – Но это не важно, потому что для ушек фрау Марты и так сойдет, а до проверки правдивости далеко, как до луны. Главное, чтобы у женщины не возникло желания передать привет от меня этому инженеру». И он добавил значительным голосом:

– Но ты должна мне пообещать не выдавать этой тайны и продолжать делать вид, что не знакома со мной и не знаешь о нашем знакомстве с Артуром.

Это повредит и ему, и мне. И уж конечно, повредит их любви с моей сестрой.

– Конечно, я обещаю тебе выполнить все, что ты потребуешь, Вальдемар! – горячо заверила Марта. – За твою любовь я готова обещать тебе все что угодно!

– Конечно, милая. – Сосновский притянул женщину к себе и нежно поцеловал ее в губы. – Ты мне только скажи, когда Артура соберутся отправлять в Берлин. Я сам найду способ, как с ним попрощаться и как передать привет моей милой сестренке.

– Я думаю, что это произойдет через неделю, – вдруг заявила Марта.

Сосновский еле сдержался, чтобы не засыпать ее вопросами. Но он ограничился лишь ленивым вопросом о том, почему она так думает? «Неделя, – лихорадочно, пронеслось в голове. – И за неделю надо придумать, как и что можно сделать, все спланировать и осуществить. А в госпиталь даже соваться нельзя. Там охрана».

– Просто доктор, лечащий врач господина Штернберга доктор Келлер, уезжает в командировку и вернется через неделю.

Он обещал провести через неделю осмотр Штернберга и дать окончательную рекомендацию, можно везти господина инженера или нельзя.

– На самолете? – на всякий случай осведомился Сосновский.

– Нет, на поезде, – почему-то рассмеялась Марта, а потом все же добавила: – Я слышала, как этот полковник из Берлина говорил с главным врачом о господине Штернберге и сказал, что он боится лететь. А кто боится, я не поняла. Ты говорил, что Артур авиационный инженер? Как он может бояться летать на самолете? Может, у него этот страх появился после аварии? Я слышала, что так бывает.

Когда человек, например, чуть не утонул, он начинает бояться воды. Может, так и у твоего друга, только теперь боязнь летать на самолете?

Сосновский только равнодушно пожал плечами и перевел разговор на другую тему. Но думать он продолжал об этом разговоре, который услышала Марта. И речь там шла, конечно же, не о том, что инженер Штернберг боится летать или стал бояться летать.